Сострадание – на свалку?

Гуманитарная помощь, собранная в Петербурге, оказалась на помойке. Кто и зачем решил избавиться от вещей, так нужных погорельцам?

Случаи, когда на полигонах бытовых отходов вМордовии и Рязанской области находили коробки с теплыми вещами, детскими игрушками, книгами, постельными принадлежностями, получили огласку на всю страну. Вчера появилась информация еще об одном подобном происшествии. Мешки с вещами обнаружили на помойке в Сертолово. Как только местные жители прознали об этом, к свалке сразу же началось настоящее паломничество. Все стоящие вещи быстро разобрали, а оставшееся – разбросали по округе. По словам очевидцев, на коробках не было никакой маркировки, так что сказать наверняка, что вещи предназначались именно погорельцам, нельзя.

В администрации МО Сертолово никакой информации о всплывшем на свалке гуманитарном грузе не сообщили. В правительстве Ленобласти дать комментарии по этому поводу также не смогли. Однако чиновники уверены: собранная жителями области гуманитарная помощь для пострадавших от пожаров оказаться на полигоне для отходов никак не могла. По их словам, машина доставила все 15 тонн разнообразных вещей, пожертвованных добрыми людьми, в Рязанскую область, и сотрудники администрации за этим проследили.

Если происхождение этого груза пока до конца не ясно, то в случае с находкой в Мордовии сомнений не осталось: это был гуманитарный груз, собранный в Петербурге. Напомним, его нашли сотрудники коммунальных служб города, а прокуратура региона уже начала проверку по этому факту.

Новость о том, что вещи, собранные для погорельцев сердобольными петербуржцами, цинично выбросили, вызвала крайнее изумление у сотрудников Центра международных гуманитарных связей. В северной столице именно они руководили сбором вещей.

– Оказавшийся на свалке груз был из Петербурга. Мы 15 лет занимаемся оказанием гуманитарной помощи, посылали пожертвования в Ингушетию, Осетию, Чечню… Никогда такого не было в нашей практике, – рассказал директор центра Евгений Городный. – Наши сотрудники провожали груз до пункта назначения, получатели гуманитарной помощи расписывались в накладных. Мы всегда подходим к таким вопросам очень
ответственно. Все остальное – на совести местных администраций. Мы звонили чиновникам из Саранска, которые получали груз. Но они удивлены и шокированы и не смогли нам объяснить, как вещи оказались на свалке.

Евгений Городный предполагает, что груз припрятали, чтобы потом заработать на доброте петербуржцев и продать хорошие вещи, некоторые из которых даже были с магазинными бирками. Не зря же коробки
находились не среди отбросов, а на резервном полигоне. При этом глава центра уверен, что вещи со свалки в Ленинградской области не имеют отношения к собранным в Петербурге пожертвованиям.

– Это невозможно. Все вещи хранились на одном складе, сотрудники МЧС грузили их в машины, которые потом пломбировали, – объяснил он.

Не так давно в Рязанской области прогремел похожий скандал. На свалку попал не петербургский груз, а пожертвования из Новосибирска. Эта находка уже стоила места директору Центра социального обслуживания Шацкого района области Светлане Дардыкиной. Чиновница объяснила, что выбросила вещи из-за того, что их негде было хранить. Правда, уже после сортировки: то есть на свалке оказалось то, что похуже. Там же нашли и трогательные письма со словами поддержки от новосибирцев.

За свое самоуправство чиновница поплатилась не только должностью. Вчера стало известно о том, что Следственный комитет по Рязанской области уже возбудил уголовное дело в отношении Светланы Дардыкиной. Ее подозревают в халатности. По материалам следствия, груз с гуманитарной помощью
действительно доставили в Рязанскую область, но, по словам свидетелей, грузовики не смогли доехать до погорельцев изза плохой дороги. Поэтому все вещи были выгружены около Центра соцзащиты, помещение не предоставили, а в районной администрации и вовсе заявили, что ничего не знают про эту гуманитарную помощь.

Уполномоченный по правам ребенка в Петербурге Светлана Агапитова назвала произошедшее в Рязанской области не чем иным, как надругательством над чувством милосердия.

– Любые махинации с гуманитарной помощью отвратительны по определению, – пояснила она корреспонденту «НВ». – И дело не только в том, что люди, находящиеся в бедственном положении, не получили необходимые вещи. Не менее страшно и то, что после таких происшествий люди теряют веру в саму идею благотворительности. И кто знает, среагируют ли они на очередной призыв о помощи или скажут: да кому все это нужно – все равно на помойку выкинут…

Пока в этом деле, впрочем, как и в происшествиях с гуманитарными грузами в Мордовии и Сертолово, еще очень много неясного. Но уже очевидно, что за ними кроются проблемы, выходящие за рамки конкретных
случаев. На громкие призывы собирать вещи для погорельцев откликнулись тысячи человек, но в итоге оказалось, что эта помощь никому, кроме погорельцев, неинтересна: коробки негде хранить, а пожертвования некому распределять.

– Собирать вещи – полная бессмысленность. Москва завалила пострадавшие регионы гума-
нитарной помощью, – прокомментировал ситуацию председатель отдела по благотворительности Санкт-Петербургской епархии Александр Степанов.

– Мы посоветовались с московским синодальным отделом по благотворительности, поэтому на уровне нашей епархии было принято решение не собирать вещи, только деньги. Собрали довольно много, только наш
приход – 30 тысяч. Скандалы напомнили о том, с какими проблемами сегодня вынуждены сталкиваться люди,
желающие пожертвовать вещи или книги в детский дом или библиотеку. Зачастую бюрократические препоны становятся просто непреодолимыми и заставляют людей отказаться от самой идеи жертвовать что-либо.

– Все началось с того, что я пришла в женскую тюрьму в Калининском районе, – рассказала Эльвира Глушко, – там мне сказали, что нужно записаться на прием к начальнику и написать заявление, что я передаю
эти книги в дар. Но начальника на месте не оказалось, я не стала ждать и отправилась в детский дом, что неподалеку.

Но книги (достойное собрание сочинений в хорошем состоянии), которые женщина хотела подарить, в детдоме ждала такая же судьба – их не приняли. Охранник на входе сказал, что вещи должны пройти дезин-
фекцию, а с книжками это нельзя будет сделать. Устав таскаться с коробками, Эльвира поставила книжки у входа и ушла.

– Что с ними произошло дальше, я не знаю – дошли они до детишек или нет, мне неизвестно. Кстати, такая же судьба ожидала и мои игрушки, которые я когда-то пыталась отдать в дар детскому дому – их не
приняли, – посетовала Эльвира Глушко. – Я не понимаю, откуда эти бюрократические препоны, и думаю, что люди, желающие подарить вещи, попросту не станут через них проходить.

Представители детских домов и библиотек подтверждают: прием книг в дар часто сопряжен с заполнением целого вороха документов.

– В теории мы принимаем книги в дар, если нам звонят и спрашивают, можно ли их отдать, мы отвечаем утвердительно, – делится одна из сотрудниц Центральной городской детской библиотеки имени А.С. Пушкина. – Но, чтобы подарить книги, надо заполнить много разных справок, написать заявление, то есть оформить все юридически грамотно.

А директор детского дома № 14 Петроградского района Геннадий Кубрин на вопрос корреспондента «НВ», принимают ли они благотворительную помощь, ответил: ничего не нужно.

– У наших детей все есть, пожертвование мы не принимаем. Все это закончилось лет пять назад, – пояснил руководитель детского дома. – Сейчас государство выделяет достаточно средств.

Уполномоченный по правам ребенка в Петербурге Светлана Агапитова подтверждает, что благотворительная деятельность сегодня имеет свои особенности.

– К примеру, нельзя просто взять и принести в детский дом какие-то ненужные вещи, – уточнила она. – Тут все зависит от потребностей – принимают только то, что необходимо. Контролируют же процесс оказания помощи районные отделы образования. Это делается не только с целью исключить злоупотребления, но и для того, чтобы не допустить в детские учреждения каких-либо злоумышленников, прикрывающихся гуманитарной помощью. Информацию о том, в чем нуждается тот или иной детский дом, можно получить в тех же отделах образования или непосредственно в учреждении. Но это не значит, что те, кто хочет передать в дар ненужные вещи, не имеют возможности это сделать. В Петербурге довольно много благотворительных организаций, занимающихся такой деятельностью. При многих храмах и церквях существуют пункты сбора, где принимают любые вещи и передают нуждающимся. Подобный пункт существует и при фонде «Ночлежка».

До конца этого года на официальном сайте уполномоченного по правам ребенка в Санкт-Петербурге будет открыт специальный раздел – «Нужна помощь». Мы планируем размещать там информацию о том, кому какая помощь нужна.

 

Ваше имя:

Введите код: