Станьте народным фотокорреспондентом «НВ»! >>>

Светит и греет. Карман >>>

Роман Березовский: «Матчи с «Зенитом» будут для меня особыми» >>>

Россия не выдержала экзамен стихии

У природы нет плохой погоды – есть разгильдяйство и отсутствие должного взаимодействия властей

То, что в России не умеют и не готовы справляться с природными катаклизмами, еще нынешней зимой показал на своем примере Петербург. Выводов никто не сделал. И спустя четыре месяца зоной стихийного бедствия оказалась половина европейской части страны. Несколько регионов горят, Лен-
область уже какой день не может справиться с последствиями урагана, и даже обычная жара уже сама по себе становится бедствием.

Еще вчера утром в Приозерском районе Ленобласти, по данным МЧС, без электричества оставались 112 населенных пунктов, почти 12 тысяч человек. Спасатели и энергетики вроде бы стараются, круглосуточно расчищая завалы и восстанавливая линии электропередачи, но…

Жертвами урагана, напомним, стали 8 человек, еще 17 с различными травмами находятся в больницах. Но во многих других регионах страны ситуация намного хуже. Опустошительные пожары в Центральной России, из-за которых сотни сел и лесных массивов выглядят как Хиросима после ядерной бомбардировки, стали для нашей страны очередным «моментом истины».

У «Егорки» (того, что во власти) сейчас, как обычно, одни отговорки. Причем наиболее цитируемая из них подкупает своей незатейливостью: мол, даже высокопоставленные представители рода человеческого бессильны предсказать и побороть разбушевавшуюся стихию. Однако эксперты полагают, что трагедия этого лета не стала таким уж «громом среди ясного неба», – если бы чиновники приняли превентивные меры, то лесные пожары не застали бы страну врасплох.

– Уже целый месяц в стране царит небывалая жара, что само по себе должно было насторожить. Природоохранные службы заблаговременно сообщали о возгорании торфяников. Так неужели нельзя было пошевелиться заранее? – недоумевает петербургский эколог Сергей Клепиков.

Информация о горячих точках регулярно поступала со спутников, да и жители деревень жаловались в местные администрации на небывалое задымление. Однако дополнительные пожарные расчеты и военных мобилизовали лишь тогда, когда огонь с деревьев перекинулся на жилые постройки. Причем села к борьбе с огнем подготовлены не были – никто не позаботился о том, чтобы вырыть траншеи между домами и лесными массивами, очистить от осоки пожарные водоемы и провести учения среди деревенских жителей. То есть битва со стихией была проиграна уже на начальном, подготовительном этапе.

Впрочем, большинство причин, по которым центральные области России стали похожи на безжизненную планету, появилось не сегодня и не вчера...

Так, пожар только «высветил» безвластие в лесной отрасли. В советское время охраной лесов занималась специальная организация, действовавшая в масштабах всего Союза. И если в каком-то регионе вспыхивал пожар, она могла перебросить из соседних областей силы для их тушения.

– Эта система была одной из лучших в Европе. В 1970-е годы мы делились опытом даже с Францией, – рассказывает Андрей Сирин, директор Института лесоведения РАН.

Однако в 1990-е из этой службы из-за недофинансирования стали уходить люди, и охрану лесов от пожаров доверили региональным властям. А это, по мнению Андрея Сирина, «исключает оперативную переброску сил и средств через границы властей».

Эффективному противодействию стихии мешала также межведомственная неразбериха. Если за охрану лесов от пожаров отвечают региональные власти и Гослесфонд, то деревни находятся в ведении МЧС, и несогласованность в действиях этих структур приводит к трагедиям.

При этом были случаи, когда власти не только не помогали, но даже мешали людям противостоять огню. Так, жители Верхней Вереи начали самостоятельно вырубать деревья, чтобы отодвинуть границу леса подальше от села. Но не успели они приступить к работе, как тут же подоспели представители милиции и прокуратуры и «вкатили» им иск за незаконную вырубку леса. Итог – Верхняя Верея выгорела дотла!

Наводит на грустные размышления и то, с какой охотой чиновники перекладывают друг на друга ответственность: губернаторы – на МЧС, пожарные – на муниципалитеты, муниципалы – на беспечных «шашлычников». При этом за исключением скромного главы земского собрания Выксунского района ответственность за халатность никто не понес. Тот же нижегородский губернатор Валерий Шанцев, которого во время поездки по региону местные жители не разорвали на части только благодаря сноровке телохранителей, не стал ставить вопрос о доверии перед президентом. «Если каждый месяц ставить вопрос о доверии, то некогда будет работать», – заявил он. А нижегородцы вспоминают, как их губернатор неделю назад рапортовал перед главой МЧС о «полной боеготовности».

Ну а людям не хватало навыков самоорганизации. Жители ряда пострадавших деревень даже не могли купить насос, чтобы качать воду из местного пожарного водоема.

Так что же общего между неумением остановить распространение огня, очистить город от снега, а дороги и линии электропередачи от завалов? Общее – полное отсутствие взаимодействия властей, ведомств и населения. В армии 90 процентов учений посвящены отработке взаимодействия служб и различных родов войск. Если авиация не будет взаимодействовать с наземными войсками, а танки – с пехотой и артиллерией, если тыл не подвезет вовремя питание, горючее и боеприпасы, а санитарная служба не развернет свои палатки – лучше сразу сдаваться. И это не какая-то особая армейская премудрость, а обычная теория управления, которой гражданские власти России, как выяснилось, не владеют в принципе.

В чем была причина снежного плена Петербурга? В отсутствии взаимодействия. Если бы сразу была мобилизована техника коммерческих фирм, если бы людьми и машинами помогла армия, если бы на уборку прилегающих улиц вышли коллективы предприятий, вузов, а муниципалы организовали бы людей по месту жительства – город можно было бы очистить за неделю.

Почему в Центральной России сгорают деревня за деревней, выгорают леса? Потому что МЧС не хочет ни с кем делиться лаврами. В армейских автопарках стоит на консервации мощнейшая инженерно-саперная техника – машины, которые за считаные часы отрывают многокилометровые противотанковые рвы, могут в любом лесу пробить просеки. Да и вся российская армия вместо строевой подготовки и зубрежки уставов должна была бы помогать спасателям, организовать патрулирование и охрану лесов и населенных пунктов. Но МЧС помощи не просит, а Минобороны до чужих проблем вообще нет дела.

Не используется и техника коммерческих фирм – потому что в бюджетах не заложены деньги на компенсации коммерсантам. Нет добровольных пожарных дружин и отрядов спасателей. Нет системы поставки в пострадавшие районы автономных электрогенераторов, бензопил, насосов – потому как «рынок сам все отрегулирует».

Синоптики предупреждают, что ураганы и смерчи станут у нас частыми гостями. Климатологи говорят, что жара и засухи с каждым годом будут усиливаться. И если мы встретим их, как сейчас, – нам уже будут не страшны ни внешние враги, ни финансовые кризисы. За них все сделает стихия.

кстати

«НВ» предупреждало

Еще две недели назад в нашей газете вышел материал «Ленобласти угрожают смерчи».

– По Ленобласти прошел скорее смерч, чем ураган, – считает ректор Российского гидрометеорологического университета Лев Карлин. – Он двигался по странной траектории – как обычно и ходят смерчи. Образовалась воронка, верхний край которой соприкасался с грозовым облаком, а нижняя суженная часть была обращена к земле. Скорость вращения этой воронки достигала 100 километров в час, к тому же она двигалась по линейной траектории со скоростью около 90 километров. Плюс к тому работал «всасывающий» эффект. Не удивительно, что такой очень сложный по своей структуре смерч выворачивал деревья, срезал их на разной высоте, притом что деревья и столбы в считаных метрах от поваленных оставались невредимыми. Мы в состоянии предсказать, когда создаются благоприятные условия для формирования смерчей и шквалов, но точное время и место определить невозможно. Думаю, что смерч может повториться в течение ближайших двух недель. Ведь скоро к нашему региону подойдет холодный фронт, а земля и водоемы по-прежнему нагреты выше нормы. То есть ситуация будет напоминать ту, что сложилась в ночь с 29 на 30 июля.

Петербург и Ленобласть помогают пострадавшим от пожаров

В районах открылись пункты сбора помощи для россиян, пострадавших от пожаров. Здесь принимают одежду, постельные принадлежности, игрушки, предметы личной гигиены (в заводской упаковке). Вещи могут быть и не новыми, но в этом случае они должны быть хорошо выстираны, отглажены и упакованы. Главный пункт приема располагается на Варшавской улице, 51. Полный список адресов и телефонов других пунктов можно найти на сайте www.gov.spb.ru и по телефону 370-44-07.

А вчера губернатор Ленобласти Валерий Сердюков отправил Владимиру Путину телеграмму с предложением оказать помощь пострадавшим регионам. Люди, оставшиеся без жилья, смогут получить временное или даже постоянное пристанище в городах и поселках Лен-

области, а региональное правительство поможет погорельцам в поисках работы: есть более 700 вакансий. А дети от 7 до 15 лет смогут поправить здоровье в лагерях. Тем временем одна из крупных петербургских компаний, имеющая в том числе и аграрное производство, также заявила о готовности принять на постоянную работу на свои животноводческие комплексы переселенцев из пострадавших областей и обещает обеспечить их жильем.

 

 

 

Ваше имя:

Введите код: