Лучшая оборона – наступление

30 марта 2010 4 комментария

Тэги: терроризм

Четыре месяца назад был взорван «Невский экспресс». Организаторы этого теракта уничтожены. Вчера взрывы прогремели в московском метро. Пособниц сдохших шахидок, провожавших их на смерть, будем надеяться, тоже найдут. Но война с терроризмом будет продолжаться – потому что мы воюем с терроризмом, увы, на своей территории, а не на его. Территории не в географическом, а в политическом смысле. Терроризм можно победить только там, где он зарождается, – в головах и душах людей.

Как всегда, после терактов вчера были усилены меры безопасности на транспорте в Москве, Петербурге, других крупных городах. Неделю, а то и две милиция будет внимательней обычного следить за экранами мониторов, чаще проверять документы у приезжих, у особо подозрительных – смотреть багаж. А потом все пойдет по-старому. Потому что невозможно бесконечно жить в «режиме усиления», а главное – бесполезно. Милицейские патрули и камеры слежения в метро, на вокзалах и в супермаркетах – это последняя и, наверное, самая ненадежная линия обороны против террористов.

Когда уже снаряженный подрывник-смертник идет к метро, обнаружить его можно только случайно. У него подлинные документы гражданина Российской Федерации, он (или она), уже все решив для себя, не дергается, почти не волнуется. Груз в два-три килограмма взрывчатки, спрятанных на теле или в сумке, можно найти только при тщательном обыске. Именно так, ведя себя совершенно непринужденно, прошли досмотр и поднялись на борт российских самолетов смертницы в 2004 году.

Эта последняя линия обороны тоже нужна – милиция реально должна проверять и документы, и подозрительный багаж, а не только вымогать у безобидных гастарбайтеров деньги на пиво. Но даже в странах, где патрульно-постовая служба работает на порядок лучше, чем наша отечественная, – в Великобритании, в Израиле, террористам удавалось взрывать и метро, и автобусы. А в Багдаде, по улицам которого практически невозможно ездить – все перегорожено бетонными блоками, монументальными блок-постами, на которых проводятся полноценные обыски, – взрывы гремят каждую неделю.
Где же должна проходить первая линия обороны против терроризма? Ответ очевиден – там, где он зарождается. В горных селах и городках, где люди ненавидят коррумпированную местную милицию и власть, которая принадлежит выходцам то из одного, то из другого клана, но никогда – из всех.

Терроризм изначально зарождается в школах и религиозных кружках. Сперва учитель – безусловный авторитет в глазах детей – со вкусом рассказывает о «многовековой истории угнетения» их народа, о давних депортациях и свежих «зачистках». А потом религиозный наставник предлагает юношеству сравнить, какой бы замечательной была жизнь по нормам религии: с безусловным запретом ростовщичества, с почитанием старших, обязательной помощью всем бедным и нуждающимся и вообще строгим моральным кодексом поведения, и какова она в реальности – с коррупцией, беззаконием, распущенностью и т. д. Терроризм рождается в головах и душах – и лишь потом шлифуется в учебных лагерях и подпольях.
В этом одинаковы все страны. Мало куда террористы приезжают извне. В той же Великобритании автобусы взрывали люди, родившиеся и выросшие в этой стране, причем в благополучных семьях. В императорской России в «идейные» террористы шли тоже отнюдь не пролетарии, а люди образованные и с идеалами.
Поэтому первая линия обороны против терроризма должна проходить в борьбе за умы и души, в школах и религиозных учреждениях.

Но, признаться, что-то не слышно, чтобы с терроризмом велась борьба на идейном поле. В этом мы, увы, отличаемся от наших старших поколений, которые отлично понимали значение пропаганды. К сожалению, мы повторяем принципиальную ошибку американского руководства, которое рассматривает терроризм исключительно как внешнюю угрозу, с которой можно бороться силами армии, спецподразделений и т. п.
Искусству выстраивания второй линии обороны можно было бы поучиться у российских же жандармов, которые в совершенстве владели методикой создания и работы с агентурой. Охранка имела своих агентов практически во всех революционных организациях – и 90 процентов планируемых терактов удавалось предотвратить. Агенты были «идейные» (сменившие свои убеждения), те, кто работал из корысти, из страха – но они работали. Опыт предшественников позаимствовал и КГБ. А где сейчас наша агентура в террористических кругах? База для ее создания есть. На том же Кавказе большая часть людей хотела бы жить мирно – не платя дани бандитам и не подвергаясь зачисткам. И они могли бы стать ценными информаторами. Но где у них гарантия, что местные силовики их не сдадут (охранка и КГБ такие гарантии давали и строго соблюдали)?

Третьей – и самой мощной линией обороны – могла бы быть бдительность населения. Бдительность могла бы предотвратить взрывы жилых домов в Москве в 2000 году, захват театрального центра на Дубровке, захват школы в Беслане, потому что террористы не могут быть невидимками, они должны готовиться к терактам – снимать жилье, завозить оружие, взрывчатку, как-то общаться с окружающими. Но в милицию с такими сигналами сейчас звонят разве что старушки. Во-первых, либеральные убеждения диктуют, что «стучать» о том, что видел и слышал, непорядочно. А во-вторых, попробуй сейчас подойди к вальяжному милиционеру в то же метро с сообщением о подозрительном пассажире. Первое, что он сделает, это у тебя же потребует документы.

Вернемся еще раз к зарубежному опыту. США, несмотря на свою военную мощь, не в силах выиграть войны c терроризмом ни в Афганистане, ни в Ираке, потому что не пользуются никаким авторитетом у местного населения. Израиль со своими драконовскими мерами безопасности тоже живет на пороховой бочке. В отличие от них Великобритания уже после своих терактов на транспорте сумела ликвидировать на своей территории несколько опасных террористических ячеек – благодаря бдительности граждан и наличию агентуры. Аналогично – другие европейские страны. В России
война с терроризмом идет почти два десятка лет с переменным успехом. В ходе антитеррористических операций часть бандитов уничтожается – но в то же время подрастает и воспитывается в соответствующем духе их смена.

Задабривать Кавказ деньгами, посылая ему огромные дотации, выискивать бандитов в лесах и горах не то чтобы бесполезно, но малоэффективно. В отличие от обычного бандитизма и криминала терроризм – в любой стране и в любые времена – был явлением политическим. И только на этом поле его можно победить.