В чем миссия Дмитрия Рогозина?

В российских СМИ бурно обсуждается назначение Дмитрия Рогозина на пост вице-премьера, курирующего отечественную оборонную промышленность. Как не утихает и дискуссия о том, являются ли закупки вооружений за границей ударом по нашему ВПК.  

Назначение Дмитрия Рогозина на должность вице-премьера, курирующего ВПК, стало одним из наиболее громких кадровых решений последнего времени. Его переход из представительства РФ при НАТО на столь трудный и ответственный пост свидетельствует о том, что дела в нашей оборонке идут не лучшим образом и что в этой области необходимо срочно наводить порядок. Дмитрий Олегович известен как энергичный и амбициозный политик, поэтому есть надежда, что он сможет вывести из кризиса стратегически важную, но проблемную отрасль. 

Какие трудности возникли в российском ВПК? В последнее время в прессе раздается много критики в адрес Министерства обороны – ведомство обвиняют едва ли не во всех смертных грехах. Самое популярное обвинение состоит в том, что министерство занимается осознанным вредительством, ведя дело к уничтожению российской оборонной промышленности. На самом деле для таких разговоров нет серьезных оснований. Увы, львиная доля претензий, которые предъявляет нашим оружейникам оборонное ведомство, полностью обоснована. Ведь в чем суть недовольства? 

Во-первых, это непрозрачные схемы ценообразования, которыми грешат руководители предприятий ВПК. Минобороны говорит: «Мы готовы платить вам любую цену за вашу продукцию. Обогащайтесь на здоровье! Но не объясните ли нам, из чего складывается цена на ракету, танк или самолет-истребитель?» Такими разъяснениями оборонщики себя часто не утруждают, предпочитая различные «серые» схемы. Но ведь Минобороны – не благотворительная организация, чтобы платить за «кота в мешке»! 

Другая важная претензия, предъявляемая оборонным ведомством к оружейникам, связана с техникой безопасности. Увы,  российское оружие очень часто бывает не в состоянии защитить надлежащим образом нашего солдата, а иностранные образцы – могут. И как в этом случае вести себя Минобороны? Ответ очевиден – покупать оружие за границей, внимательно его изучать, а потом создавать условия для того, чтобы такие же (если не более совершенные!) образцы производить на территории России. 

Пока наши предприятия не в состоянии произвести винтовки, которые по соотношению цена-качество превосходили бы австрийские. А раз так, то Минобороны было вынуждено купить тысячу винтовок у Австрии. Это, по меркам Минобороны, небольшая партия, но ее вполне хватит для того, чтобы оснастить уникальных российских снайперов, воюющих в элитных подразделениях. К тому же иностранные образцы можно разбирать, внимательно изучать, создавать на их основе более совершенные модели и затем – запускать их в серийное производство. Что же касается винтовки Драгунова, то у ее разработчиков появится стимул работать над качеством своего изделия. 

Во многих других случаях, когда критики обвиняют Минобороны в «антипатриотизме» и «гноблении ВПК», складывается аналогичная ситуация. Одно из немногих исключений составляют французские вертолетоносцы «Мистраль», приобретение которых тоже не каприз Минобороны, а решение высшего руководства страны. Другие же громкие примеры только подтверждают наметившуюся в последние годы тенденцию.  Достаточно вспомнить скандал с приобретением в Италии броневиков «Ивеко», которые, при всех своих недостатках, серьезно превосходят отечественные бронетранспортеры. Для специалистов  не секрет, что БТРы российского производства обладают целым рядом серьезных недостатков, которые делают их малопривлекательными для современной профессиональной армии. 

Во-первых, броня наших машин гарантирует весьма слабую защиту от мин и гранат. Во-вторых, высадка из них достаточно неудобна, что является существенным минусом в условиях боя. В-третьих, наши бронетранспортеры – достаточно тесные, из-за чего стрелять из них крайне неудобно. Тем не менее Минобороны закупило в Италии всего лишь шестьдесят машин. Теперь аналогичные броневики будут производиться на Воронежском заводе, что предоставляет нам шанс создать на их основе более качественные модели. 

   Или возьмем другой громкий скандал – отказ Минобороны от приобретения легендарных автоматов Калашникова, который трактуют в прессе не иначе как «предательство Родины». Давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны! Мало кто знает, что в России на складах находятся 17 миллионов «калашей» – при желании ими можно вооружить не только российские войска, но и все армии мира! Беда только в том, что при всех своих выдающихся качествах автомат Калашникова – оружие для слабообученных, диких армий. Он может упасть в грязь, болото, песок и после этого снова стрелять. 

Вот только стреляет он по нынешним меркам не очень метко и эффективно, что делает его не самым привлекательным оружием  для бойцов профессиональной армии. Контрактник должен стрелять так, чтобы попадать сразу в цель, должен заботиться о своем оружии и уметь обращаться со сложными механизмами. Коль скоро Россия пошла по пути создания профессиональной армии, нам нужно тратить деньги на создание и закупку более современных и совершенных автоматов. 

Итак, отечественный ВПК – при всех его несомненных достижениях – представляет собой гигантский клубок противоречий, распутывать который теперь предстоит Дмитрию Рогозину. Но нельзя забывать, что один в поле не воин. Руководству России предстоит провести серьезные структурные преобразования для того, чтобы отечественная оборонка вновь оказалась на уровне современных задач.    

 

Ваше имя:

Введите код: