Посетителей не судят

Под занавес 2011 года Молодежный театр на Фонтанке показал премьеру по пьесе австрийского драматурга Феликса Миттерера «Время для посещений»

Зритель был вправе ожидать идиллической рождественской сказки, мелодрамы, разухабистого шоу, даже лирической комедии… но режиссер Сергей Морозов и художественный руководитель театра Семен Спивак, по-видимому, решили, что развлечением публики займутся (и пусть себе…) центральные телеканалы, и выпустили под Новый год неожиданно серьезный и печальный спектакль. Оговорюсь сразу: никакой чернухи, серьезно вовсе не значит скучно, а печаль не безысходность. Есть и юмор, и присущая обитателям Измайловского сада сентиментальность, и жанр привычный – «семейные истории». Но главное ощущение, охватывающее после просмотра (всего-то один час сорок пять минут), – это грустная растерянность, растроганность… и какой-то давно забытый детский страх: ой, а вдруг что-то случится с мамой? (мужем/ребенком/братом/ etc). Безусловно, это не те мысли, в которых прилично признаваться театральному критику, приглашенному в надежде на здравый анализ, – да простят меня создатели спектакля…

Четыре истории, четыре прекрасных артиста (Валерий Кухарешин, Ирина Полянская, Сергей Кошонин, Людмила Бояринова), четыре мастерски написанных и убедительно сыгранных диалога: супруги, отцы и дети, родные, близкие люди. Общее во всех новеллах то, что встречи происходят в регламентированное «время для посещений», а бывает оно, как известно, в больницах, приютах и тюрьмах. Перед нами – последствия произошедших когда-то событий постфактум. Герои даже не выясняют отношения – все давно ясно. И режиссер размышляет вслед за автором: а возможно ли было избежать ситуации, когда все – поздно, все – необратимо? Вроде бы у каждого персонажа своя правда (и у дочери, поместившей старого отца в психбольницу, и у жены, ударившей мужа ножом, не выдержав бесконечной домашней рутины), своя вина и своя беда. Где тот Рубикон, перейдя который уже невозможно ничего загладить, «склеить», изменить? В возможностях пьесы европейца Миттерера – немало ответов-трактовок, но рискну предположить, что Сергей Морозов выбирает наиболее близкий нам, живущим по абсурдным правилам русской жизни. Вечный «авось», крайности (либо кротость до святости, либо утрата человеческого облика) и вновь «пофигизм»… И вдруг под ударом собственная семья. Почему? Да просто так получилось…

 Художник Дарья Горина возвела на сцене металлический параллелепипед, напоминающий клетку, и исполнители практически постоянно находятся внутри, как в сухом пустом аквариуме. Осколки возможного быта – несколько абажуров, фикус (не то искусственный, не то засохший), сиденья с твердыми деревянными спинками, какие бывают в казенных учреждениях, домашняя пижама – все здесь лишь намекает на предметную среду. Видеоряд с использованием компьютерной графики тоже скромен и носит утилитарный характер – высвечиваются названия эпизодов, загораются и гаснут изящные «иллюстрации» к каждому из них. Но скупость постановочных ухищрений и минимализм средств выразительности с лихвой компенсируются мастерством актеров. Жаль, что театр отправил их играть на большой сцене, – и пьеса, и режиссерское (на мой взгляд) решение прямо-таки умоляют о камерном формате, сейчас многое «не долетает» до галерки, гаснет, а хочется разглядеть и расслышать каждый жест и интонацию. Здесь нет очевидного лидера, да и быть не должно – спектакль ставился на «квартет». Однако ради того чтобы еще раз увидеть, например, как Валерий Кухарешин напяливает красный новогодний колпак, я бы лично потратила не один праздничный вечер.

 

Ваше имя:

Введите код: