Мне не хватает его тонкого юмора

Слова Гоголя, вынесенные здесь в заглавие, тотчас и, разумеется, не случайно, пришли мне на память, когда я узнал, что Борису Рацеру исполняется 80 лет.

…Однажды, в конце 1960-х годов, порог ленинградского Театра Комедии впервые переступили два молодых человека – Борис Рацер и Владимир Константинов. Согласно просьбе пришедших, которые за несколько дней до того оставили в канцелярии театра свою первую пьесу – комедию «После двенадцати», их провели прямо в кабинет главного режиссера – Николая Павловича Акимова.

– Входите, молодые люди, – сказал Николай Павлович. И они вошли. Вошли в кабинет Акимова и одновременно в театральную жизнь Ленинграда. А вскоре и всей страны. Комедия «После двенадцати», поставленная в акимовском театре, мгновенно разошлась по многим театрам страны. Таковой стала и судьба других веселых пьес Рацера и Константинова – «Инкогнито», «Неравный брак», «Ход конем» и многих других. В чем же был секрет этого успеха? Ответить на этот вопрос, на мой взгляд, следует так: в творчестве Рацера и Константинова нашли органическое сочетание важнейшие для писателей-юмористов качества. Прежде всего, талант. Умение увидеть не просто смешное, а достойное осмеяния общественное явление. Умение это смешное изобразить, не впадая при этом в пустое, тем более в низкопробное смехачество. (За примерами такого «юмора» сегодня не приходится далеко ходить – ими переполнен современный шоу-бизнес.) И главное – юмор Рацера и Константинова был неизменно добрым. Именно такой юмор был в то время, в 60-е годы, весьма востребован. На памяти у тогдашнего зрителя было еще много тяжелых воспоминаний. Еще «вчера» была война. Еще «вчера» были репрессии. И душа человека жаждала настоящей, а не только казенной оттепели. А новых веселых и добрых комедий, посвященных современной жизни, было еще очень мало. Это положение нашло тогда отражение в строках моего шуточного стихотворения:

«От лакировочных картинок
Порой стояла боль в висках,
А Рацер, да и Константинов,
Еще ходили в бедняках».

Именно творчество Рацера и Константинова решительно переменило это положение. Они работали много и стали безусловными чемпионами комедийного репертуара.

Я невольно, как всегда бывает, когда речь идет о соавторах, все время говорю и о Рацере, и о Константинове. Между тем люди они были, естественно, разные. Владимир Константинов был человек необыкновенно моторный, предельно общительный, соответственно, разговорчивый. В отличие от него Борис Рацер – человек весьма сдержанный, можно сказать, молчаливый. Но зато каждая его фраза всегда содержала какую-нибудь интересную, оригинальную мысль и, как правило, была окрашена тонким юмором. Мне, как и многим нашим друзьям, не хватает прежнего, частого общения с Борисом Рацером, живущим ныне за границей. Особенно не хватает его тонкого, доброго юмора.

Пользуюсь случаем сердечно поздравить старого друга – Борю Рацера с юбилеем, пожелать ему всего самого доброго, тем более что он всего самого доброго вполне заслужил, поскольку принес много доброго людям.

 

Ваше имя:

Введите код: