Круговорот умов в природе

В России заговорили о необходимости возврата в отечественную науку ученых, работающих за рубежом. Министерство образования и науки создало целевую программу на 2010–2012 годы с бюджетом в 12 миллиардов рублей. И хотя история не знает прецедентов масштабного возвращения ученых-эмигрантов на родину, российские чиновники уверены, что результаты будут положительными.

В Минобрнауки уверяют, что создание программы никак не связано с открытым письмом президенту и премьеру группы ученых, уехавших из страны в 1990-е годы. Однако заголовок письма «Почему мы утекли» был воспринят руководителями государства как некое покаяние и зов о помощи.

Масштабы утечки умов в минувшем десятилетии так и не выяснены. По данным Федеральной миграционной службы, после распада СССР из страны выехали около 100 тысяч специалистов со степенью. Статистика не знает, сколько из них впоследствии вернулись на родину. Неизвестно, и какое число российских эмигрантов занимается наукой на чужбине. Чаще всего говорят: 35 тысяч человек.

Что им может предложить Россия в качестве пряника? В прошлом году Минобрнауки выделило на привлечение зарубежных ученых 110 грантов по два миллиона рублей каждый. Один миллион – на зарплату ученого, и один – на организацию его работы.

Но признанных корифеев на эти деньги не привлечешь. 33 тысячи долларов в год? В США никто меньше 40 тысяч не получает, даже те, кто только приехал и не заработал себе репутацию. А у нас рассчитывают, что человек бросит свой отлаженный за границей быт, сорвет жену и детей, которые вряд ли захотят менять среду обитания. Казалось бы, на это может пойти только потенциальный неудачник.

Тем не менее на каждый грант Мин­обрнауки пришлось свыше трех заявок от зарубежных ученых. Большинство купилось на повышение статуса: за границей очень сложно получить должность завлаба. Есть варианты приезжать на два месяца, которые в большинстве развитых стран даются ученому на отпуск. Тут и гарвардские профессора не брезгуют подзаработать, занимаясь любимым делом со щадящими нагрузками. Российской стороне это дает возможность закупить «под профессора» оборудование и наработать полезный опыт. Именно по такой системе Российский государственный гуманитарный университет пригласил филолога и этнографа Бориса Гаспарова, профессора Колумбийского университета.

Удачная находка по привлечению умов – создание «зеркальных лабораторий». В России создается лаборатория по образу и подобию той, что уже существует под руководством нашего соотечественника за рубежом. Соотечественник на такой вариант соглашается с большой охотой, поскольку это позволяет быстро достичь совместных результатов. А российская сторона сразу встраивается на достаточно высокую ступеньку разработок в данной области.

Но рассчитывать на то, что ученые-репатрианты способны вызвать качественный рывок в российской науке, – утопия. У России есть пример массового привлечения ученых мозгов. Академика Петра Капицу, работавшего в Англии, после очередного приезда в СССР Сталин просто не выпустил больше за границу. Понятно, что сегодня такие методы не годятся.

В мире дефицит ученых. В тридцати наиболее развитых странах мира не хватает 300 тысяч исследователей, и в ближайшие годы эта цифра может удвоиться. Самый большой спрос на биологов, физиков, химиков и математиков – ученых этих специальностей завлечь труднее всего. Недавно Китай, который тратит на науку в 4,5 раза больше России, осуществил программу по привлечению ученых-китайцев из-за рубежа. Вернули 100 человек, и это считается очень хорошим показателем. Но это китайцы, у которых особое отношение к традициям и патриотизму. Россия вряд ли сможет достичь подобных показателей.

Между тем новая кровь российской науке необходима буквально для выживания. С 1991 года число исследователей уменьшилось в два-три раза. Среди ныне работающих ученых очень много людей в возрасте 50–70 лет, а 30–40-летних слишком мало. «Естественного» сокращения научного потенциала не избежать, и государство не хочет, чтобы оно было обвальным.

Идея возвращения в страну ученых-эмигрантов – очевидное и эффективное решение, но оно будет бессмысленно без адекватных вложений в собственные молодые кадры. Иначе Россия снова превратится в донора научных кадров для всего мира. Интеллектуальная миграция давно стала одним из проявлений глобализации, и привлекая чужих ученых, надо думать, как сохранить собственных.

 

Ваше имя:

Введите код: