«Когда очнулся, подумал, что уже на том свете»

Мы с братом ехали в первом по нумерации, но самом последнем, вагоне. Кстати, в этом же вагоне ехали погибшие глава Росрезерва Борис Евстратиков и руководитель Автодора Сергей Тарасов. Нашему вагону и повезло, и не повезло – он оторвался от остальных и резко остановился, отсюда жертвы. Но ведь еще один из вагонов пострадал очень сильно, а другой вообще упал на бок.

В момент взрыва ничего подозрительного я не заметил, что, впрочем, объяснимо. Авария случилась в районе четвертого с конца вагона – взрыв разрушил полотно, а пострадавшие вагоны просто сошли с рельсов.
Время – примерно 21.30. Скорость – километров 150. Внезапно в мерный перестук колес врываются странные звуки, они раздаются примерно секунд десять. Потом вагон страшно заскрежетал, со все увеличивающейся амплитудой стал болтаться из стороны в сторону и – перекосился. Все это длилось еще десять секунд. Я, к счастью, успел понять, что происходит, и сгруппировался. Но дело не в этом: мне просто повезло. При моей грузной комплекции никакие группировки не помогут против законов Ньютона...
Повезло и брату, хотя его покалечило сильнее. Мне же достались только гематомы да ушибы, особенно сильно болит колено, до сих пор не сгибается.

Все вышеописанное случилось секунд за 30. На какие-то мгновения я потерял сознание. Очнулся – тихо и темно (как позже выяснилось, почему-то не сработали аварийные аккумуляторы). Подумал, что уже на том свете. Потом понял, что тяжело дышать, и сообразил, что такое в загробном мире вряд ли будет. Тут раздались стоны и крики. Почему-то очнулся я на полу – очевидно, именно это меня и спасло. Безносая помахала косой и прошла дальше по вагону. Меня не очень сильно придавило неподвижными телами. Я их отодвинул, прислушался к ощущениям. Руки-ноги работали, особенно нигде не болело, но это могло быть и из-за шока. Я был весь в крови, но, похоже, в основном чужой, только на голове кровоточила здоровенная шишка.

Но кругом творился кошмар. Вагон представлял собой равномерно раскиданную по всему объему массу из тел, частей вагона и остатков кресел. Все сиденья, за исключением нескольких в начале вагона, какие-то острые элементы конструкции оторвались, летали по салону и были одной из основных причин травм и смертей. Остатки крепежа – рваные зубцы металла – резали людей, что твои ножи. Как-то хлипко они были прикреплены к массивным основаниям. Я не специалист, но как-то это все выглядело странно.
Мы сидели в задней части вагона, сюда прилетели все сумки и чемоданы и было очень много покалеченных. Некоторое время я стоял и ждал, пока не особо пострадавшие расчистят завалы, потому что двинуться было невозможно. Начало салона было в лучшем состоянии – туда переходили ходячие раненые, туда и я помог пройти брату.

Несколько мужчин пострадали не сильно, они и организовали первую помощь. Люди быстро мобилизовались, хаос был, но паники не было. Выбили стекла, начали выкидывать сиденья и части конструкции, вытаскивать людей. Надо сказать, ребята вели себя геройски. То же самое могу сказать и о проводниках. Многие из них сами пострадали, но все равно оказывали помощь пассажирам. Проводница достала откуда-то воды, которую все жадно пили.

Примерно через час после катастрофы вокруг вагона стали собираться люди из передней части состава и, кажется, кто-то из местных. Через окно забрались врачи, они принесли первые обезболивающие и осмотрели раненых, поделив их по тяжести на группы для эвакуации. Ранения в основном были тяжелые – рваные раны, открытые и закрытые переломы, проникающие ранения. Были и мертвые, но посчитать их в темноте было невозможно, да и не до этого. Двери вагона полностью заклинило, поэтому эвакуация не сильно пострадавших началась через окна. Заклиненные двери удалось потом открыть только МЧС. Окна было почти невозможно разбить, да и нечем. Лестница была только одна, и ее долго не удавалось достать, потому что тоже завалило.

Людям делали обезболивающие уколы и быстро отправляли на машинах в близлежащие больницы. Приехали, по мнению многих, слишком поздно, а я, напротив, потрясен, как быстро они оказались у поезда – там же кругом непролазная чаща! Впрочем, в этом месте были подъезды, но это обычные российские лесные дороги. До ближайших населенных пунктов, с медициной и подразделениями силовых ведомств, никак не меньше 40 километров по колдобинам и ямам. Я ехал в больницу Бологого (брата мне удалось чуть раньше отправить в госпиталь Боровичей) с двумя тяжелыми. По лесу ехать пришлось минут 30, и они так орали на каждой кочке, что раза два им приходилось колоть морфин. А вертолетам там садиться негде.
Работа спасателей порадовала профессионализмом. Экипированы они были прекрасно, несмотря на то что это были группы МЧС из ближайших небольших городов – Бологого, Валдая. Организация местной скорой помощи и медицина, конечно, не очень. Техника старая, вокруг на сто верст машин скорой помощи, может быть, не больше пяти. Больницы тоже… Но люди – прекрасные, душевные и отзывчивые. Все кидались помочь, организовали места для ночлега, разносили чай. Спасибо им!

Сбор поклажи из вагонов был четко организован самими пострадавшими, а довольно скоро место аварии было оцеплено и вещи пассажиров взяты под охрану. Теперь бы понять, где получать. Про случаи мародерства слухи ходили, но сам не видел.
В больнице я долго не задержался и отправился на машине в Питер.

 

Ваше имя:

Введите код: