«Иногда хочется самому выйти на лед»

Петербургский фигурист Сергей Воронов практически забронировал за собой место в сборной России на Олимпиаде в Ванкувере. В беседе с корреспондентом «НВ» тренер спортсмена Алексей Урманов рассказал о том, как его ученик готовится к Играм, почему Воронову понадобилась помощь психолога, а также предположил, сколько медалей в общей сложности могут завоевать российские фигуристы в Канаде.

– Известно, что с Вороновым работает профессиональный психолог. Он действительно помогает вашему ученику?
– Психологи и раньше сотрудничали со сборной командой. Но обычно это был один специалист на всех. Однако в фигурном катании нужен индивидуальный подход к каждому спортсмену. Одних командных тренингов недостаточно. Вот и мы и обратились за помощью к такому профессионалу. Сегодня практически все ведущие фигуристы работают с психологами, Сергей не исключение. Другое дело, что тренер тоже должен чувствовать моральное состояние своего подопечного, без этого нельзя. Ты должен видеть все нюансы подготовки, распознавать, в чем причина ошибок на льду, понимать, что происходит со спортсменом, чтобы вовремя дать ему подсказку, совет.

Сегодня Воронов стал намного спокойнее и ответственнее, чем несколько лет назад. Но не могу сказать, что наша работа проходит легко. Бывают срывы, выплеск негативной энергии, что-то не получается. Впрочем, это нормальная ситуация. Главное, что Сергей старается контролировать свои эмоции, и это приносит результат.

– В нынешнем сезоне лидеры не только российской сборной, но и других команд совершают чересчур много ошибок во время выступлений. Это синдром олимпийского года?
– Да, многим не хватает ровности в исполнении программ, стабильности. Как сказал Алексей Мишин, сейчас совершен-но другая система, правила становятся все сложнее.

– Это основная причина?
– Дело не только в правилах. Хотя усложнение тех же вращений откладывает свой отпечаток на выступлениях. Но я не хочу никого оправдывать, потому что фигуристы не выбирают систему, они должны к ней приспосабливаться, жить в ней и кататься без ошибок. А тренеры обязаны ставить грамотные программы, если они хотят привести учеников к медалям.

Иногда я слышу, что иностранные фигуристы более профессионально относятся к тренировкам, но это неправда. С фигуристами высокого класса никогда не бывает легко. В любой стране есть трудяги и лодыри. С кем-то приходится решать психологические проблемы, кого-то преследуют травмы, кто-то отлынивает от тренировок, а кого-то, наоборот, нужно останавливать, чтобы человек не сгорел на работе. Это я говорю в защиту наших ребят. Если бы у нас не было трудяг, откуда столько олимпийских чемпионов?

– Когда вы испытывали больший стресс  – выступая самостоятельно или стоя у бортика в качестве тренера?
– По-разному. Наверное, сложнее, когда выводишь фигуриста на лед. Если ты – спортсмен, то все зависит только от самого себя. А тренер не может полностью контролировать своего ученика. Поэтому мне иногда хочется самому выйти на лед и исполнить программу.

– В целом, на ваш взгляд, на что Россия может рассчитывать в фигурном катании в Ванкувере?
– Специалисты заявляли, что мы рассчитываем на три медали. И я с этим согласен. Об их достоинстве говорить не буду, чтобы не сглазить. Но если трижды окажемся на пьедестале почета, то это будет большой успех.

 

Ваше имя:

Введите код: