И Бог создал Черногорию

Корреспондент «НВ» вернулся из рая на Земле

Эту землю Господь создавал на седьмой день творения, с благоговейной неспешностью счастливого художника прорисовывая загадочные силуэты темных гор, изумрудную гладь Адриатического моря, кристальной чистоты горные озера и окаймляющие их густые сосновые леса. Вдоволь налюбовавшись получившимся шедевром, Бог нежно поцеловал эту землю и взял ее под свою особую опеку. Примерно так звучит местный апокриф, который черногорцы передают из поколения в поколение. Нескромно, скажете вы? Отнюдь! Ведь если в мире есть место, по своей атмосфере напоминающее рай, то это именно Черногория – с ее пышной растительностью, горными монастырями и гостеприимными жителями.

Природа здесь настолько богата на выдумку, что на одном и том же месте можно за один день увидеть несколько пейзажей, и каждый из них будет достоин холста художника. Адриатическое море то сияет на солнце, будто чья-то щедрая рука разбросала по его поверхности драгоценные камни, то в умиротворяющей синеве сливается с небом. В морских водах омывают свои каменистые морщины древние горы, пряча вершины за завесой из кудрявых облаков. В гостеприимных бухтах ютятся живописные острова с непременной церквушкой или часовенкой, радостным звоном колоколов наполняя окрестности.

Кажется, в этих краях время остановило свой бег. Но на самом деле прошлое Черногории – череда драматических событий, в которых правду трудно отделить от преданий. В эпоху Гомера здесь жили иллирийцы, в пору Великого переселения народов сюда пришли славяне, на заре Средневековья свою державную длань на эти земли распространила Византия. А когда империя ослабела, сербская династия Неманичей создала здесь независимое королевство, включив в его состав территории нынешней Сербии и Черногории.

Однако век этого государства выдался недолгим: в 1389 году сербы проиграли превосходящим турецким силам знаменитую битву на Косовом поле, на пять веков попав под власть Османской империи. Тогда-то самые свободолюбивые и дерзкие из них, захватив лишь иконы и кресты, бежали под защиту гор Черногории, чтобы сберечь православную веру и родную кровь. Так и возникли черногорцы – высокий (кстати, самый высокий в Европе), красивый и храбрый народ с душевностью славян и взрывным темпераментом горцев.

«Если захотел поработать – отдохни, и желание пройдет»

 – Черногорцы очень ленивы, – это первое, что сообщила о психологии своих земляков молодая девушка-гид, пока наш автобус петлял между гор, а после паузы добавила со вздохом: – Особенно мужчины.

Судя по тону, с которым была произнесена последняя фраза, за ней стояли не просто горы прочитанных краеведческих книг. Наверное, поэтому ремарка гида вызвала сочувственный отклик у женской половины нашей группы: мол, наши мужики будто лучше!

Но если житель Черногории иногда все же попрекнет близкого человека в отсутствии трудовой мотивации, то на помощь черногорскому лентяю, в отличие от его русского «коллеги», тут же придут «Заповеди истинного черногорца». «Человек приходит в мир усталым, и его предназначение – отдыхать», – гласит одна. «Возлюби кровать свою, как самого себя», – поучает другая. А вот эта заповедь передает сакральную суть «вероучения»: «Если ты видишь, как кто-то работает, не мешай и отойди. А если видишь, как кто-то отдыхает, подойди и помоги».

Так откуда берется знаменитая черногорская лень? В действительности дело не просто в банальном нежелании «париться» и «напрягаться». Тут невольно вспоминается мифологическая лень славянства, сказочный Иванушка-дурачок, который лежит себе на печке. Однако на самом деле главная причина черногорского безделья коренится в особенностях… здешнего православного миросозерцания. Черногорцы полагают, что человек приходит на Землю не для того, чтобы работать с неумолимостью робота ради богатства и прочих миражей, а для того, чтобы жить, творить и развиваться духовно. А если люди добровольно превращают себя в винтики в обезличенном общественном механизме, то они могут в суете упустить что-то очень важное, так и не познав подлинного счастья.

Но если черногорцу посчастливилось найти свое призвание, то он способен трудиться, не жалея себя. Таковы черногорские монахи, священники, музыканты, врачи и учителя, о самоотверженности которых на Балканах ходят легенды.

«Бог присутствует повсюду»

Пожалуй, особое усердие черногорцы проявляют в том, что касается религии. Еще бы – наряду с сербами, русскими и греками они со времен османского ига почитают себя главными хранителями православия. Здесь храмы по воскресеньям полны народу, пение в церковном хоре популярно среди молодежи, и даже закованные в кожу байкеры на «харлеях» показывают под звуки хард-рока три оттопыренных пальца, символизирующих Святую Троицу. Черногорские церкви и монастыри, скромно примостившиеся на горных склонах, не подавляют своим видом окрестности, а гармонируют с ними.

Таков и древний монастырь Прасквица, построенный из серого камня на одном из горных утесов, с которого открывается изумительно красивый вид на Адриатическое море. Заканчивается воскресная служба. Церковный хор поет древние византийские распевы так естественно и просто, что на глаза прихожан наворачиваются слезы и даже самая грешная душа того и гляди взлетит голубем под самый купол.

– Меня часто спрашивают: «А где живет Бог? Почему мы его не видим?» Я на это отвечаю: «Потому что мы закрываем глаза», – говорит настоятель отец Дмитрий. – А ведь Бог присутствует повсюду – в душистой магнолии, капле росы, горном утесе, сосновых иголках, пении птиц. Если бы люди не были такими грешными, на Земле уже давно наступил бы рай…

О свадьбах и домашних диктаторах

Семья для черногорцев – еще одна непреходящая ценность. Местные жители очень патриархальны – прямо как наши кавказцы. По воскресеньям родственники любят собираться за одним столом, произносить пышные тосты про лебединую верность и пить изысканное местное вино – «Вранац» (серб. «вороной конь»).

А какие у них бывают свадьбы! Знаменитый режиссер Эмир Кустурица, в своих фильмах воспевающий сумасшедший балканский колорит, не сильно погрешил против истины. В Черногории обычно гуляют целыми селами, все энергично отплясывают под задорную музыку в исполнении цыганских оркестров, а когда гости доходят до кондиции, «первые парни на деревне» начинают лихо палить в воздух из автоматов. Полицейские смотрят на эти проделки сквозь пальцы: «У людей же свадьба – пусть веселятся!»

Но вот свадьба отгуляла. Начинается повседневная семейная жизнь. И тут молодая жена с ужасом узнает, что ее суженый не только заботливый муж, но еще и домашний диктатор. Конечно, нельзя сказать, что к прекрасной половине человечества в Черногории относятся по принципу «Молчи, женщина, твой день – 8 Марта!», но последнее слово в доме здесь всегда остается за мужчиной. Стоит пройтись вечером по побережью курортного городка типа Петроваца или Будвы, как в глаза бросается типичная «патриархальная» деталь: в уютных уличных ресторанчиках сидят исключительно представители сильного пола. Правда, в отличие от жителей других южных стран, у черногорцев не принято цокать языком при появлении прекрасной незнакомки или кричать вслед русской туристке: «Эй, Наташка! Вай-вай-вай». Семья, как уже было сказано, здесь превыше всего.

 – У тебя уже есть черногорская подруга? – спросил как-то мой новый знакомый Мирко.

– Я разве похож на ловеласа? – недоумеваю я.

 – А я хотел свести тебя со своей двоюродной сестрой. Ей как раз замуж пора. Вас, русских, конечно, не удивишь женской красотой, но я так хотел сделать добро любимой сестре и своему русскому другу!

«Мы – народ, который надеется на Россию»

Черногория, пожалуй, одно из немногих мест в мире, где Россию и русских любят искренне и беззаветно. Причем русофильство черногорцев – часть национального самосознания. На вопрос: «Кто вы?» – они не задумываясь ответят: «Мы – народ, который надеется только на Бога и на Россию». На вопрос: «Сколько вас?» – обязательно пошутят: «Нас с русскими 200 миллионов, а без русских – полвагона». А по поводу размеров своей страны скажут что-то вроде: «Если разгладить утюгом горы, то будем как Россия».

Появившись на карте мира как самостоятельное государство четыре года назад, Черногория сейчас активно сотрудничает с Москвой. Но сложно ли строить дипломатические отношения со столь молодой страной? На этот вопрос чрезвычайный и полномочный посол РФ в Черногории Яков Герасимов так ответил корреспонденту «НВ»:

– Определенные сложности, конечно, есть. Необходимо подписывать множество двусторонних соглашений, а их подготовка всегда занимает время. Но вот то, что нашим связям всего четыре года, не совсем верно. В следующем году мы будем праздновать юбилей – 300-летие установления отношений между Россией и Черногорией.

Посол прав: еще в далеком 1711 году Петр I прислал черногорскому митрополиту Даниле I Петричу-Негошу грамоту, в которой предложил совместно выступить против Турции. И с тех пор Россия, как могла, поддерживала славянский народ в борьбе с османами, посылала ему денежные субсидии, предоставляла убежище черногорским героям и содержала местные монастыри. А Черногория, между прочим, во времена Петра Великого обучила в городке Пераст десяток русских моряков. Именно тогда черногорец Савва Владиславич-Рагузинский прислал в подарок русскому самодержцу чернокожего раба Ганнибала, знаменитого прадедушку Александра Сергеевича Пушкина.

Видимо, «генетический код» сыграл свою роль. Через 100 лет великий русский поэт воспел храброе черногорское племя в стихотворении «Бонапарт и черногорцы». В благодарность жители Черногории не так давно поставили в центре Подгорицы памятник Александру Сергеевичу, вдохновенно читающему стихи слегка нахмурившейся Наталье Гончаровой. А в другом конце города, кстати, есть памятник Владимиру Высоцкому, который бывал в Черногории на съемках советско-югославского фильма и с гастролями театра на Таганке. И он настолько прикипел душой к этому благодатному краю, что посвятил ему четверостишие, которое знает наизусть каждый третий черногорец: «Мне одного рождения мало. Расти бы мне из двух корней. Жаль, Черногория не стала второю родиной моей».

«Мне бывает жалко русских богачей»

Туристов из России местные жители и впрямь встречают как родных, тем более что схожесть русского и сербского языков быстро устраняет любые лингвистические барьеры. При этом черногорцы охотно осваивают язык Пушкина и Высоцкого. На изумительно красивых горных дорогах постоянно мелькают крупные рекламные плакаты, приглашающие на курсы ruskog jezika. Мою собеседницу в автобусе эти билборды вывели из состояния душевного равновесия.

– Что они хотят сделать с «русским ежиком»? – спросила впечатлительная женщина.

На самом деле ничего страшного – всего лишь выучить, а потом практиковать в компании русских туристов. А недостатка в практикантах здесь нет: будьте готовы, что к вам подойдут на улице, назовут «своим братом» или «сестрой», заключат в тесные братские объятия и начнут признаваться в своей любви к России. А если на вопрос: «Вы православный?» – ваш собеседник услышит утвердительный ответ, то не сомневайтесь: сейчас он пригласит вас домой и устроит в вашу честь пышное застолье с песнями, тостами и душевными разговорами о единстве народов.

Жаль только, что в последнее время этот полумифический образ братской, православной России и сердечного русского народа заметно поблек из-за нашествия российских олигархов. Следы новорусского присутствия видны невооруженным глазом. Так, из пижонской спортивной машины, везущей по горной дороге какого-то «конкретного пацана», доносится хрипловатый голос рэпера Тимати: «Когда мы в клубе, чиксы танцуют». А по улицам курортных городов бродят молодые накачанные ребята, все в татуировках, лениво мыча в мобильный что-то вроде: «Зая, эта ночь будет моя, ладно?» Если ехать вдоль Адриатического моря, то реклама апартаментов еще иногда встречается на английском. А вот плакаты с льстивыми слоганами: «Элитное жилье», «Купи себе мечту!» и «Лучшие виллы для лучших людей!» – здесь пишут исключительно по-русски.

Однако присмотревшись ко всем этим нуворишам и их подругам со взглядами ненасытных волчиц, трудно не заметить, что все они не производят впечатления счастливых людей. И тут на ум приходят слова из песни Бориса Гребенщикова: «Кому-то вода питье, а кому-то царская честь. Но каждый вокруг видит лишь то, что в нем уже есть. Хороший вор даже в раю найдет что украсть. Когда ты дала мне руку, я не знал: лететь мне или упасть».

– Мне бывает жалко русских, да и наших богачей, – говорит черногорский священник отец Мирослав. – Они хотят купить частичку Адриатического рая, думая: «Вот оно, долгожданное счастье!» Но сколько бы денег они ни тратили, счастье от этого ближе не становится. Отсюда берутся их дикие загулы, проститутки, лихая езда в пьяном виде – душа-то грешная неспокойна! Подлинный рай не связан с каким-то местом, даже таким красивым, как Черногория. Он начинается в человеческом сердце, и дай Бог, чтобы наши народы, пресытившись материальными богатствами, поскорее осознали эту простую истину.

(Автор выражает благодарность  Гордане Перазич, Ратко Читаковичу и посольству РФ в Черногории)

 

Ваше имя:

Введите код: