Гранин сложил мозаику жизни - Невское время
RSS

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Гранин сложил мозаику жизни

Спустя два года после «Причуд моей памяти» мы имеем возможность читать новую книгу Даниила Гранина. Писатель назвал ее «Все было не совсем так». Как и «Причуды» – это книга-размышление.

Она сравнима с гигантским витражом, охватывающим мир в его «не лучшую пору». Даниил Гранин населил книгу многими известными и забытыми именами, вернул жизнь затертым понятиям, заставил задуматься над «проклятыми» вопросами. Яркие стеклышки-события, стеклышки-мысли, стеклышки-воспо-минания не разбегаются, не мельтешат. Мозаика складывается в картину мира, прочно скрепленную обручами личности писателя, умудренного жизнью, пытливого, взыскательного, умеющего всматриваться в жизнь и видеть в ней то, мимо чего мы часто равнодушно проходим.

Своему тексту писатель предпослал несколько строк, вынесенных как эпиграф. «Мне достался, – пишет Гранин, – мир постоянно воюющий, суровый, где мало улыбок, много хмурого, мало солнца. Обилие талантов и запретов. Я попал в него не в лучшую пору. В этом мире мне тем не менее повезло. Мне достались времена трагические, весьма исторические, главное же от них осталось сокровенное чувство счастья – уцелел!»

Это сокровенное счастье жизни, благоговение перед ниспосланным ему, фронтовику, даром жить и наслаждаться жизнью, способность удивляться чуду жизни во многих ее проявлениях – один из обручей, прочно схватывающих мозаику текста. «Иногда на меня находит счастье. Вдруг я ощущаю чудо жизни». «…Просто радость жизни, самое естественное, самое главное чувство».

Другой обруч – осознание того, что ему выпало жить во времена трагические, исторические не только для него самого, не только для поколения, к которому принадлежал, но и переломные для судеб России. Скрепляет мозаику пронизывающая всю книгу тоска и доходящая до глубокой печали озабоченность судьбами России, ее будущим. Гранин приводит несколько строк из «Подростка» Достоевского: «Все <живут> точно на постоялом дворе и завтра вон из России; все живут, только бы с них достало… Скрепляющая идея совсем пропала». В другом месте писатель приводит слова Гоголя: «…а вот если бы я вам рассказал то, что я знаю… тогда бы точно помутились ваши мысли, и вы сами подумали бы, как бы убежать из России». Эти слова нашел у Гоголя писатель-гражданин, который никогда не собирался покидать и не покидал России. Подумайте, как бы говорит Гранин читателю, тут есть над чем задуматься. Все ли так правильно в нашем королевстве? А ведь не бежим скопом, что-то нас держит. Что?

Отсутствие «скрепляющей идеи» не дает покоя писателю. «Мучеников много – Николай Вавилов, Марченко, Солженицын, Михоэлс – фамилий множество, люди замечательные, достойные, но никак не примеры». Правдолюбцы, правдознавцы… праведников нет. «Но почему, – вопрошает Гранин, – почему из страданий огромного народа, из мук нечеловеческих, из миллионов растоптанных, обманутых душ не взлетела над нами ни одна, кроме Сахарова, не появилось ни одного образа, к которому обратилась бы общая любовь, который стал бы опорой духовной, не просто стал, а остался бы для жизни, который хоть как-то защитил достоинство, честь нашего существования… Только одного Сахарова нахожу, только к нему прислоняется душа, никого другого не вижу».

Боль писателя становится до того нестерпимой, что он пишет: «Страна без завтра». Вот картинка, нарисованная писателю знакомым переводчиком, сопровождавшим иностранцев в Новгород. «Дважды застряли в бездорожье. Невылазная грязь проселков. В деревнях пьянь. Избы-развалюхи. Районное начальство ленивое, вороватое. Дома у них богатые, а кругом то же самое. Стыдно. Давно бы уехать за границу». Не может. Что держит? Понять не может. Какая-то проклятая любовь.

А демография! Ни одна страна не выдержала бы такого разорения своего народа. Гранин приводит слова Александра Николаевича Яковлева: «С 1917 года уничтожалось по миллиону людей в год». Тридцать миллионов унесла война. Минимум семьдесят миллионов истребила наша власть – самоубийственная, нелепая. Невольно задумываешься над будущим. Может быть, изменить миграционную политику, облегчить возвращение миллионов россиян из ближнего зарубежья, дать им российские паспорта с той же легкостью, с какой раздавали в Южной Осетии? К этим мыслям приходишь в ответ на вопросы, поставленные Граниным.

Пока существуем за счет недр, сосем свою мать-землицу. Чтобы выздороветь, надо работать. Но работать отучились. Никогда Россия не имела столько денег, столько золота. А люди живут в бедности, грязи, болезнях. Дорог не строим. Свои заводы не строим. Едим чужое, носим чужое…

И еще – глубокие боли. Блокада – боль. «Для ленинградцев победа была не в том, чтобы разгромить немцев, а выстоять. Выстоять означало – не расчеловечиться». «Ленинградское дело» – боль. После всего, что пережили в блокаду, затеять новое кровавое дело, чтобы «сбить спесь» с ленинградцев.

Борьба с космополитизмом – боль. Кроме поиска внутреннего врага («космополитизм умело соединили с еврейством» и с «остальными слишком интеллигентными»), была еще и «тайная цель избавить нас от благодарного чувства к союзникам за помощь по ленд-лизу, за военное братство с англичанами, американцами, французами».

Всех болей не перечислить…

Читать книгу интересно. Мозаичность, фрагментарность, отсутствие сквозного сюжета, казалось бы, должны сдерживать интерес. А тут, напротив, разжигают любопытство… Объяснение простое – писатель знает многое нам неизвестное, а известное поворачивает такой гранью, о которой мы и не догадывались. Максим Горький, оказывается, предлагал воздвигнуть памятник Павлику Морозову на Красной площади, монумент во весь рост. Кто бы мог подумать? Или о жестокости Петра Великого. Не оттого ли жестокость, что «он захлебывался от крови своих родных десятилетним мальчиком». Факт общеизвестный, но об этом у Гранина с такой силой убеждения, так зримо, что закономерен вопрос: а вы бы выдержали такое, господа историки, добропорядочные блюстители нравственности? Мы многого не знали о судьбе Зощенко, Ольги Федоровны Берггольц. О генетической природе альтруизма. О природе анекдота. О душе. О женщине. О любви, о том, что «слово «Любовь» не хочет поддаваться множественному числу». И еще о многом…

 

// Петр Горелик, публицист
Версия для печати
Читать в Яндекс.Ленте 
Ваше имя:
Введите код:

НОВОСТИ

14:06 Хулиганы вновь вывели из строя фонтан на Манежной площади

14:05 Новую Голландию летом откроют для посетителей

13:57 Петербуржца арестовали за попытку убийства отца

13:46 По дороге из «Пулково-2» будет разрешен поворот налево

13:35 Петербурженку, покусанную собаками на набережной Фонтанки, выписали из больницы

13:31 По факту нападения хулиганов на автобусы с гастарбайтерами возбуждено уголовное дело

13:26 Прокуратура обнаружила в детсаду «Северная Каисса» многочисленные нарушения закона

13:18 На конкурс идей развития исторического центра поступило 11 заявок

13:16 «Шедевры» рекламы, уродующей Петербург, изобличат в Балтийском медиа-центре

13:07 Попытка пересечь границу по паспорту подруги закончилась для петербурженки уголовным делом

12:56 Петербуржец зарубил топором жену и дочь из ревности - СКР

12:44 Мусороперерабатывающий завод в Левашово будет построен без задержек - Смольный

12:38 У пограничников Ленобласти появятся собственные «беспилотники»

12:35 Девушку изнасиловали в 250 метрах от станции «Ульянка» в Ленобласти

12:27 В Ленинградской области введена в эксплуатацию новая АЗС «Газпромнефть»

12:24 Пункты пропуска с соседними государствами слишком загружены — эксперт

12:15 В микрорайоне «Славянка» построят дороги на основе контрактов жизненного цикла

12:03 Количество нарушителей госграницы с начала года увеличилось более чем на 75%

12:00 Финансовое закрытие сделки по ЗСД будет завершено в мае - июне

11:58 В Московском районе пропал 13-летний школьник

Все новости >>

АРХИВ

| << Май >> |
30123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031123