Европа и Россия встретились близ Калининграда

Чиновники Евросоюза рассказали россиянам о визах, об имидже нашей страны за рубежом и о том, как нам жить дальше

Город Светлогорск Калининградской области, известный петербуржцам тем, что там умер Анатолий Собчак, на днях принимал чиновников Европейского союза, нашего МИДа и множество журналистов из самых разных регионов России и из-за границы.

Когда они отменят визы?

Для начала Денис Даниилидис, глава департамента прессы и информации представительства ЕС в России, обрадовал всех заявлением: мы и Европейский союз – стратегические партнеры. Этот же тезис, в котором, в общем-то, никто не сомневался, повторил и Сергей Безбережьев, представитель российского МИДа в Калининграде. Но потом, когда господина Безбережьева спросили о возможности вступления Оте-чества в ЕС, он заявил, что этот вопрос даже не рассматривается по вполне понятным причинам. Поскольку причины были не всем понятны, хотелось узнать о них от дипломата поподробней. Не получилось. Кто-то сделал вывод, что мы, как это и принято сейчас по всему свету, предпочитаем партнерство, гражданский брак официальной регистрации.

Причины стали проясняться, когда заговорили о теме наболевшей – введении безвизового режима. «Ну сколько можно его ждать, почему вы не хотите облегчить нам въезд в Европу, если мы такие важные для вас партнеры?», – «наехали» журналисты на организаторов встречи. Те ответили: а потому, что 27 государств – членов ЕС все-таки сами решают такой важный для себя вопрос. Важный прежде всего потому, что в случае отмены виз они опасаются наплыва иммигрантов из Азии, ведь южные границы России прикрыты до сих пор весьма хлипким «замком».

Кевин Тэйт, советник политического отдела представительства ЕС в России, добавил:

– У вас тоже режим въезда сложный. Скажем, турист из Лондона приезжает в Калининград. Он обязан зарегистрироваться. Дальше он едет в Москву – и там тоже надо регистрироваться. Потом прибывает в Петербург – и снова регистрация. Такого в Европе нет.

В общем, по мнению Тэйта, когда мы установим равноправие в перемещении, тогда и поговорим о безвизовом режиме. И, судя по всему, ждать его придется долго, зная особенности как российской, так и европейской бюрократии.

Холодно и депрессивно

Дальше стало еще грустнее. Наши «стратегические партнеры» поведали об имидже России в их странах. Они привели список наиболее часто возникающих в мозгах европейцев понятий, связанных с Россией. Это: холод, депрессия, мафия, бедность, русский медведь, водка, риски. И лишь на восьмом месте – культура. Вот так, товарищи! И это на 26-м году перестройки!

А бизнес? О, тут вообще все муторно.

– В Европе, – говорили нам, – делают бизнес, не зная друг друга. По интернету, по скайпу. В России надо иметь целую сеть полезных знакомств, чтобы работать. А сколько у вас тормозов! Очень дорогая сертификация. Плохо развитая логистика. Проблемы на таможне. Лицензирование деятельности стало еще сложнее. Трудно получить необходимую информацию. Заниматься бизнесом у вас – это как водить машину: надо все время держать руки на руле и нажимать на газ. Или такое сравнение: в Европе бизнесмены играют в футбол, а у вас – в регби.

В заключение кто-то из представителей ЕС продекламировал Тютчева: «Умом Россию не понять…».

Как ни хотелось из патриотических соображений что-нибудь возразить нашим партнерам, оставалось только промолчать. И вспомнить другие строчки: «Давно пора, ядрена мать, умом Россию понимать!»

Важнее всех искусств для нас – продать Европе нефть и газ

Члены Евросоюза – крупнейшие импортеры энергоресурсов из России. Поставки российских газа и нефти обеспечивают более 25 процентов от общего потребления энергоресурсов в этих странах. ЕС импортирует примерно четверть торгующейся на международных рынках нефти, на ЕС приходится около 62 процентов международных поставок газа по трубопроводам.

Но, как сказал Ульрих Вайнс, глава отдела науки, транспорта, энергетики и окружающей среды представительства ЕС в России, в Европе все активней стараются уменьшить потребление углеводородного сырья и заменить его возобновляемыми источниками энергии. Их немало – это солнечная, ветровая, геотермальная, гидравлическая энергии, энергия морских течений, волн, приливов, биомасса животного, растительного и бытового происхождения. Принята программа «20–20», согласно которой страны Евросоюза к 2020 году должны довести долю энергии, вырабатываемой на неуглеводородной основе, до 20 процентов.

– А к 2050 году мы можем вообще перейти полностью на возобновляемые источники, – заметил Вайнс. – К тому же серьезно занимаемся энергосберегающими технологиями. Какими бы ни были инвестиции в них, они окупаются через пять лет.

Тем не менее, по всем расчетам, до 2030 года Европа и страны СНГ все равно останутся основными рынками сбыта продукции российского ТЭК. Но доля европейского направления в общем объеме экспорта наших углеводородов будет неуклонно снижаться, потому что мы постепенно поворачиваемся на Восток, в сторону Китая, Японии, Кореи, стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Если сейчас в восточном направлении уходит 6 процентов добываемой у нас нефти, то в недалеком будущем цифра возрастет до 22–25 процентов. Газа же, поставок которого на Восток сейчас нет, мы планируем поставлять туда 19–20 процентов от общего объема его добычи.

Есть чему поучиться

Много говорится сейчас о глобальном потеплении климата. И гораздо меньше – о глобальном потеплении человеческих отношений. Хорошо, что в Евросоюзе понимают его жизненную необходимость и поэтому тратят деньги на спецпроекты для России. Каждый стоит десятки и сотни тысяч евро.

Скажем, в Москве и Пскове создается Театральный центр для людей с различными формами инвалидности (в Европе их принято тактично называть людьми с особенностями развития). Помогает в этом подобная организация из Германии – творческие мастерские из Бремена. Другой проект – помощь в создании Российской ассоциации нанимателей жилья. Организаций по защите прав собственников жилья в стране много, съемщиков пока ничто не объединяет, хотя проблем у них тоже выше крыши: это и взаимодействие с собственниками, уровень оплаты, качество предоставляемых услуг… Здесь пригодится опыт шведской организации нанимателей. В Красноярском крае осуществляется проект, посвященный борьбе с пытками и другими незаконными насильственными действиями в правоохранительных органах. Пострадавший человек обращается в Общественный комитет по защите прав человека, там проводят проверку его заявления, запрашивают медицинские и иные документы. Если факт насилия подтверждается, сотрудники комитета обращаются в прокуратуру для возбуждения уголовного дела. И представляют в прокуратуре и суде интересы потерпевшего, помогают писать ему заявления и жалобы. Кроме того, профессиональные психологи проводят тренинги с работниками прокуратуры и милиционерами, а студенты – будущие работники правоохранительных органов – проводят общественное расследование фактов пыток.

Один из проектов реализуется в Петербурге. Он должен помочь тем, кто впадает в транс, проснувшись от шума строительной техники и увидев в окно, что на месте сквера и деткой площадки зияет огромный котлован. Будут проведены научные и юридические консультации о том, как профессионально отстаивать свои интересы в органах власти и в суде.

Увы, до сих пор многие с предубеждением относятся к любым инициативам ЕС: дескать, вот Европа нас опять учить собирается. Но кто бы что ни думал о европейских традициях и не грезил об особом российском пути, поучиться у соседей по континенту очень даже есть чему. Потому что с демократией и гражданским обществом у них, мягко говоря, получше будет…

 

Ваше имя:

Введите код: