Добро должно быть с деньгами

Почему благотворительным фондам (тем, кому можно доверять) так важно было собрать побольше денег в преддверии Нового года? Думаете, на подарки от Деда Мороза? Как бы не так!

Те, кто бывает в детских онкологических клиниках, хорошо знают, что для этих маленьких пациентов новогодний праздник превращается в настоящие «дни мужества». Дети так их и называют. Врачей в больнице фактически нет, банк крови пуст, медсестры норовят убежать на вечеринки… Так что к часу икс требуются финансовые накопления. И чем больше, тем лучше.

Три года назад социально ответственный бизнес вспомнил, что в этой предпраздничной суете кроме трат на пышные и пьяные корпоративы, а также сувениры, которые требуется преподнести партнерам и с поклоном вручить чиновникам, есть еще одна статья расходов. Есть еще кто-то нуждающийся, причем не в подарках, а в помощи. Так появилась кампания «Благотворительность вместо сувениров», которая в нынешний Новый год, кажется, стала уже не столь популярна. За два предыдущих года 150 компаний, расставшись с сувенирными бюджетами, перечислили деньги тем, кому они реально нужны. Тогда за год собирали по 11 миллионов рублей. Для справки: только поиск донора костного мозга в Международном регистре стоит 15 тысяч евро, что дает надежду на жизнь одному ребенку, и только курс с использованием препарата, который спасает при поражении легких после химиотерапии, обходится минимум от 200 тысяч рублей…
Но кризис, оказывается, несовместим с благотворительностью (или кто-то думает, что несовместим). И вот уже представители одной компании уклончиво сообщают мне по телефону:
– Да, мы участвовали. Но в этом году не будем.
– Почему?
– Ну, нам это как-то не по средствам…

Примерно так же отвечали в другой компании, в третьей… Я уж не говорю о компаниях, где вопросы благотворительности просто не ставились никогда, чему, кстати, во многом способствовало наше государство. Одна из самых главных проблем российской благотворительности в том, что в России до сих пор не существует никакой защиты жертвователей. Разговоры о налоговых льготах пока остаются разговорами, и заинтересованность бизнеса в дарении минимальна. Если бизнес жертвует деньги, тут же возникает интерес налоговых органов. Даже писать о благотворителях не так просто, потому что далеко не все компании желают, чтобы об их деяниях знали. И дело не в скромности дарителей. Они, что парадоксально, боятся!
И хотя представители фондов уверены, что любая маленькая компания (а не только холдинг) вполне может оказать посильную помощь, на деле реальную поддержку оказывают лишь гиганты. И то с подачи своих западных основателей. Например, в одной очень крупной компании, занимающейся поисками кадров, сотрудники принимают решение помогать нескольким детям, которые лечатся в онкологических больницах города, – то, что называется face to face. Лицом к лицу. Лечение в этих клиниках крайне дорогое.

Есть еще одна проблема: детей выписывают, но они должны жить в городе и наблюдаться у своего врача, для этого приходится арендовать жилье. Где взять на это деньги родителям из Урюпинска? Хорошо, что есть представители фондов, знающие о проблеме. Они подсказывают компаниям, куда вкладывать деньги.
Другой аспект той же темы: кому именно желают помогать представители большого и малого бизнеса? Ответ вроде бы прост – детям. Тем более именно детям помогать приятно. Но, к сожалению, очень часто это к тому же еще необходимо, а такое уже понятно далеко не всем. Но не только дети нуждаются в помощи. В ответ на призыв одной компании помочь хосписам, где иногда в прямом смысле слова не найти стакана воды (ну нет там привычных нашему глазу кулеров), я увидела комментарии типа «Да ну…», «Как-то не вдохновляет». Акция называлась «Новый год должен быть праздником, особенно последний».

Большинству, увы, не хочется вместо праздника заморачиваться проблемами больных и не очень молодых людей, вспоминать о конечности бытия… Как-то это не способствует хорошему настроению.
Напомню: по экспертным данным, емкость рынка корпоративных сувениров в России превышает миллиард долларов. Компании в Москве и Санкт-Петербурге выделяют на покупку сувениров ежегодно от 5 до15 процентов своего рекламного бюджета. В то же время в больницах умирают дети, молодые люди и старики, иногда не дождавшись дорогостоящей помощи. Вот, собственно, и все.

В одном из интервью Чулпан Хаматова – известная на всю страну актриса, сделавшая благотворительность делом своей жизни, – рассказала простую историю. Настя Савельева осталась сиротой и в девять лет заболела раком. Чужая женщина, у которой двое своих детей, узнав о Насте из газетных публикаций, стала приходить к девочке, и у той, сидевшей в стерильном боксе, появилась цель – выжить. Ведь на свете есть человек, которому она нужна. «Мне стало более приятно жить в России, потому что я убедилась: лень и равнодушие – далеко не главенствующие качества нашего народа», – утверждает Чулпан.
Остается только поверить ей. И вспомнить о звездном небе над нами и нравственном законе внутри нас.

 

Ваше имя:

Введите код: