Черногорский брат пошел на сербского?

Европейские СМИ недавно сообщили о подготовке покушения на президента Сербии Бориса Тадича и сербского патриарха Иринея. На это в соседней Черногории высказались в том духе, что если бы убийство состоялось, то ничего плохого бы в этом не было. Высказывание черногорского чиновника еще больше рассорило Белград и Подгорицу, чьи отношения в последние годы напоминают диалог между Россией и Украиной во времена «оранжевой пятилетки». 

О том, что жизни сербского президента и патриарха могут находиться под угрозой, министр внутренних дел Сербии Ивица Дачич говорит регулярно. На этот раз поводом к такому сообщению послужило празднование двадцатилетия автономной Республики Сербской, входящей в состав Боснии и Герцеговины, которое состоялось 9 января в ее столице – городе Баня Лука. На юбилейном собрании присутствовали Тадич и Ириней, другие высокопоставленные лица из Сербии, Черногории и других стран. 

Накануне, 8 января в 16.45, в культурном центре «Борик», где проходило торжество с участием примерно тысячи человек, полиция обнаружила три килограмма тола, детонатор, снайперскую винтовку, два автомата, два пистолета-пулемета «Скорпион», глушитель и четыре сотни патронов различного калибра. Сотрудник культурного центра Божидар Станишлевич, проработавший там около 20 лет, признался, что этот арсенал доставил в здание центра именно он с целью последующей перепродажи. Тем не менее следствие ведется по подозрению в терроризме. 

К счастью, тол не взорвался – зато взорвалась общественность Сербии. Поводом послужило заявление Андрея Николаидиса, советника председателя скупщины (парламента) Черногории. Чиновник сказал буквально следующее: 

– Было бы цивилизованным поступком, если бы Станишлевич использовал по назначению динамит и автоматы, которые он спрятал в зале, где политики, духовники и артисты праздновали двадцатилетие Республики Сербской. Боле вполне мог быть возмущенным рабочим, который понял, что национальные и религиозные противоречия – всего лишь маска, под которой элита скрывает свою истинную эксплуататорскую сущность. Если бы Боле заявил: да, я серб, но ведь при этом я рабочий и потому взорву тех, кто меня ограбил. В этом случае он стал бы национальным героем. 

Власти Черногории, объявившей независимость в 2006 году, пока никак не реагируют на кровожадное заявление служащего. Это лишний раз подтверждает политическую позицию председателя парламента Ранко Кривокапича. Последний сознательно ведет дело к разрыву дипломатических отношений с Сербией, требует депортации из республики этнических сербов (а это почти треть населения страны!) и готов развязать против ближайших соседей военные действия. В 2008 году Черногория признала независимость Косово, и вскоре после этого ее приняли кандидатом в члены ЕС и НАТО. Затем власти страны объявили о превращении черногорского диалекта сербского языка в государственный язык, потребовав отделения Черногорской православной церкви от Сербского патриархата.  

Столь нетерпимое отношение к «братьям по истории, языку и вере» во многом объясняется стремлением полумафиозной верхушки черногорского общества сохранить свои капиталы, находящиеся в основном на Западе, а также избежать юридического преследования за темные связи с итальянской мафией и поставленную на широкую ногу контрабандную деятельность. «Новым черногорцам», не в столь далеком прошлом занимавшим высокие посты в коммунистической иерархии бывшей Югославии, явно не хватает доходов от туристической деятельности, тем более что райские кущи по берегам заливов Адриатики уже давно распроданы коллегам из других стран (в основном – из России). 

Позиция цепного пса, стремящегося порвать остатки некогда солидной балканской державы на мелкие кусочки, вызывает похвалу у новых союзников (США и ЕС), которые не оставляют идеи полного расчленения Сербии – отделения от нее южного Санджака и северной Воеводины. Бывшая Югославия уже раскололась на восемь «независимых единиц», весьма враждебно настроенных друг против друга – если не на религиозной или национальной основе, то уж обязательно на правительственном уровне. И конца этой вражде, увы, не видно.

 

Ваше имя:

Введите код: