Блистательный закат блистательной Британской империи

Эпоха могущества туманного Альбиона тихо и незаметно подходит к концу

Новости из Великобритании, которая последние три века ходила в мировых лидерах, всегда ловили с особой жадностью. Однако недавние выборы в парламент Соединенного Королевства, конец 13-летней эпохи «нового лейборизма» и формирование коалиции консерваторов и либеральных демократов во главе с Дэвидом Кэмероном вызвали интерес разве что у завзятых англофилов. А между тем на британских островах назревает не просто смена «политического караула» – туманный Альбион готовится к революции, которая может до неузнаваемости изменить его лощеный аристократический облик, заодно повлияв и на глобальные процессы.

Глядя на последние британские события, нетрудно заметить, что Англия стоит на пороге крупных перемен. Впервые с 1974 года в Британии избран «подвешенный парламент» – орган, в котором ни одна из партий не имеет устойчивого большинства. Кроме того, англичане впервые за 70 лет получили коалиционное правительство: на смену лейбористам во главе с хмурым мизантропом Гордоном Брауном пришли новые люди – консерваторы Дэвида Кэмерона и либеральные демократы Ника Клэгга. И, наконец, Британию возглавил самый молодой премьер-министр с 1812 года (мистеру Кэмерону всего 43 года), а молодежь, как известно, склонна «рубить сплеча».

О том, что у туманного Альбиона появился новый глава кабинета, пресс-служба Букингемского дворца сообщила еще две недели назад в лучших традициях английской монархии: «Королева приняла высокочтимого Дэвида Кэмерона и просила его сформировать новое правительство. Высокочтимый Дэвид Кэмерон принял предложение Ее Величества и по назначении премьер-министром и первым лордом казначейства поцеловал руку…» Однако фотографии с той встречи свидетельствуют, что «высокочтимый Дэвид Кэмерон» – вопреки вековому обычаю – не стал целовать руку Елизавете II. Он всего лишь пожал ее. Более красноречивого символа готовящихся ра­дикальных преобразований – впервые со «Славной революции» 1688 года – трудно себе и представить.

Вторая мировая, проигранная Штатам

Пожалуй, ни одно государство не определило облик Нового времени больше, чем Великобритания. Пуританская аскетичность, самодисциплина и коварство ее королевской фамилии и аристократии, помноженные на типично английское остроумие, в XVIII–XIX веках превратили небольшое островное государство в «империю, в которой не заходит солнце». Великобритания всегда проводила вероломную, цинично-прагматичную и жесткую политику, но делала это с поистине джентльменским изяществом.

Однако в ХХ веке дела у Англии пошли хуже. К этому времени подросла ее своенравная дочка – Америка, которая, чураясь аристократизма матери, сполна унаследовала ее живой, практичный ум. Как пишет историк Андрей Фурсов, «несмотря на принадлежность к антигитлеровской коалиции, Британия, по сути, проиграла Вторую мировую войну Штатам, уступив им лидерство в западном мире. Однако Англия сберегла свою индивидуальность и отчасти свою империю, переведя ее в скрытую, сетевую форму. Она основала Британское Содружество наций, благодаря чему оставила за собой неформальное влияние в утраченных колониях. А будучи почетным, хотя и младшим партнером США, Британия продолжила влиять на мировую политику с помощью финансового оружия, прекрасной разведки и высоких гуманитарных технологий».

Впрочем, вся вторая половина ХХ века – это период заката Британской империи. Вот только закат такой изумительной красоты еще нужно заслужить! Особенно ярким он получился во второй половине 1990-х – в начале эпохи «нового лейборизма», олицетворяемой Тони Блэром. Придя к власти в 1997 году, «самый народный из всех британских премьеров» пленил всех своим умением доходчиво говорить, акцентом простолюдина и скромной улыбкой. Как утверждает обозреватель РИА «Новости» Петр Романов, «определенные успехи при Блэре наблюдались и во внешней политике. Англия возглавила «восточноевропейский клуб», временно сдержав натиск объединенной Германии». Из «заповедника традиций» Британия к тому же превратилась в весьма «продвинутую» державу, став законодателем культурной моды. По всему миру прокатилась мощная волна британской электронной музыки и брит-попа, чьи лучшие представители – Oasis, Blur и Radiohead – повсюду собирали стадионы.

Однако всему когда-то приходит конец…

Жемчужина индийской короны

Англичане и сами не заметили, как в 2000-е годы солнце их имперского величия закатилось окончательно и страна погрузилась в непроглядные сумерки. Британия оказалась один на один со своими «скелетами в шкафах», «Кентерберийскими привидениями» и прочими призраками настоящего и прошлого.

Мало-помалу экономический рост замедлился, чтобы с приходом мирового кризиса и вовсе смениться рецессией. По оценке экономиста Михаила Хазина, «сегодня Британия может «похвастаться» самым высоким бюджетным дефицитом среди стран «Большой восьмерки» – 13 процентов от ВВП, что чуть меньше, чем даже у спасаемой всем миром Греции».

В политическом же плане Великобритания стремительно превращается во второразрядную державу. В 2000-е годы Тони Блэр растерял былую харизму, заслужив обидное прозвище «пудель Буша» за чуждый британской гордости «прогиб» под США. В итоге он с позором ушел в отставку, уступив в 2007-м премьерский пост Гордону Брауну, который за три года похоронил «новый лейборизм».

Не везет «старушке Англии» и в Европе. Так, Германия и Франция продавили «Лиссабонский договор», что может превратить ЕС в конфедеративное государство и усилить его влияние на Британию.

Даже в рамках Содружества наций англичан затирает ее бывшая колония – Индия. Как отмечает политолог Павел Святенков, эта страна «превратилась в крупнейшую экономику данной группы и добилась поддержки со стороны США. Поскольку должность главы Содружества является выборной, в случае удаления от дел Елизаветы II Индия потребует изменения порядка руководства этим объединением. И тогда Британия может превратиться в лучшую жемчужину «индийской короны», а никак не наоборот».

Но и внутри самой Великобритании все не слава богу – поднимает голову сепаратизм, этот традиционный спутник распада империй. Так, в Шотландии правительство Шотландской национальной партии без зазрения совести говорит об отделении. Нечто похожее может произойти и в Уэльсе, не говоря о Северной Ирландии, этом традиционном «английском Кавказе».

Наконец, «выдумщица Британия» перестает быть «стильной штучкой». Современные английские звезды – Coldplay, Muse и Placebo – это, по сути, клоны рок-идолов 1990-х. Единственным культурным проектом англичан, получившим общемировое звучание, стала сказка про юного мага Гарри Поттера. 

«Купцы» и «менялы» против родовой аристократии

Но раз процесс распада империи невозможно остановить, то его стоит возглавить. Именно так, по мнению политолога Александра Елисеева, рассуждает «та часть британского истеблишмента, которая относится к «купцам» и «менялам» (промышленно-финансовые круги). Сохранить собственные позиции, а также влияние страны в западном мире они, по-видимому, решили за счет окончательного «слива» родовой аристократии, с которой в последние триста лет делили власть». По версии Александра Елисеева, именно в этом и состоит миссия консервативно-либеральной коалиции Кэмерона – Клегга.

Мало кто знает, но Великобритания, вопреки распространенному мифу, не является на сто процентов конституционной монархией, где «король царствует, но не правит». Почему? Все просто: в Британии отсутствует писаная конституция (ее просто нет!), а политическая жизнь регулируется традициями и обычаями. А они-то позволяют английской королевской династии до сих пор обладать такой властью, какая не снилась, скажем, испанскому монарху Хуану Карлосу. Например, когда Тони Блэр задумал перевести Британию на евро, то именно позиция королевы, которая заявила что-то вроде «только через мой труп», оставила страну с фунтом стерлингов.

По словам уже упомянутого Павла Святенкова, «Елизавета  II назначает премьер-министра и министров, распускает парламент, объявляет войну и заключает мир. Иное дело, что Елизавета старается держаться в тени, используя партии консерваторов и лейбористов как две изящные перчатки на своих руках. Поэтому-то двухпартийная политическая система всегда подавалась в Англии как старая добрая традиция, которую следует оберегать, как аккуратно подстриженную лужайку перед Букингемским дворцом».

И вот против этих вековых устоев Британской империи готов посягнуть лидер современных консерваторов, который, казалось бы, должен их хранить как зеницу ока. Впрочем, у «революционного настроя» Дэвида Кэмерона есть серьезные психологические предпосылки. Дело в том, что у этого надменного сноба, выпускника Итона и Оксфорда, довольно специфическая родословная. По отцовской линии он ведет свой род от внебрачной связи английского короля Вильгельма IV (1765–1837) и актрисы Дороти Джордан, то есть является прапраправнуком порока. И хотя Кэмерон приходится дальним родственником самой Елизавете II, в аристократических кругах он не может быть на 100 процентов своим, а чувство ущербности, как известно, всегда приводит к жажде самоутверждения и скрытой неприязни к «чистокровным» дворянам.

Зачем нужна «бесславная революция»?

Итак, лидер консерваторов вместе с либеральным демократом Ником Клеггом задумали перекроить британскую политическую жизнь. Что они хотят сделать? Партнеры по коалиции собираются заменить нынешнюю мажоритарную избирательную систему альтернативной. Если сейчас в Британии места в парламенте распределяются в зависимости от того, в скольких округах победила та или иная партия, то вскоре избиратели смогут составлять рейтинги из всех претендентов на победу. Новая система подорвет монополию двух больших партий (консерваторов и лейбористов) и даст шанс их «братьям меньшим» выйти на первый план за счет коалиций.

Далее. Кэмерон и Клегг собираются установить пятилетний срок, в течение которого парламент не может быть распущен, если только в пользу роспуска не проголосуют 55 процентов депутатов. Это лишит монарха возможности самостоятельно разгонять парламентариев.

Наконец, реорганизации подвергнется последний бастион аристократии – палата лордов. Сейчас в ней заседают пожизненные пэры (свой титул они не могут передавать потомкам) и небольшое количество наследственных дворян. Однако после реформы палаты каждый избирательный цикл будет обновляться на треть. Выборы будут проводить по пропорциональной системе.

Звучат и предложения отменить право королевы назначать премьер-министра и избирать его в парламенте. Если это произойдет, то королевская семья превратится в «национальное достояние» подобно японскому императору.

Таким образом, Великобритания стоит на пороге самых крупных преобразований со времен «Славной революции» 1688 года. Тогда в стране утвердилась весьма специфическая форма монархии, при которой король управляет страной из-за «парламентской ширмы». Сейчас же готовится демонтаж 300-летней монархии, что, по мнению профессора Высшей школы экономики Юрия Полякова, «может свидетельствовать об одном – Великобританию ожидает крупная дестабилизация».

Очевидно, «купцы» и «менялы» (в терминологии Александра Елисеева) считают, что все эти лощеные пэры и надменные сэры в случае обострения мирового кризиса будут только путаться под ногами. А значит, с их привилегиями пора завязывать. И в этом, как полагает политолог, «интересы британских финансовых кругов совпадают с задачами транснациональных корпораций и прочих провозвестников глобализации, считающих пережитком прошлого любые национальные традиции, национальные государства и национальную аристократию. Ведь последняя стремится действовать ради пользы и престижа родной страны, а не анонимного мирового сообщества». Таким образом, английская «бесславная революция» еще больше ускорит политическую и культурную глобализацию в мире.

кстати

У вице-премьера Великобритании русские корни

Двоюродная прабабка лидера либеральных демократов и британского вице-премьера Ника Клегга является не просто выходцем из России, а человеком с неординарной судьбой, еще ждущей своей экранизации. Мария Игнатьевна Закревская-Бенкендорф-Будберг, кажется, успела поработать на все лучшие разведки мира – британскую, немецкую и советскую. В 1910-е годы она стала любовницей английского шпиона и дипломата Брюса Локкарта. Последний в 1918 году участвовал в «Заговоре трех послов» с целью убийства Ленина, был арестован и выслан из СССР в обмен на советского агента. Ходили слухи, что Мура (так Марию Игнатьевну прозвал британский возлюбленный) помогла Локкарту бежать, соблазнив коменданта тюрьмы.

Затем Мура очаровала пролетарского писателя Алексея Максимовича Горького, который представил ее «ко двору», познакомив с Лениным и Сталиным. Вскоре, как-то между делом, она вышла замуж за эстонского барона Николая Будберга, а потом развелась с этим «никчемным человеком», но титул сохранила. К началу 1930-х Мура перебралась в Лондон, через Горького познакомилась с фантастом Гербертом Уэлсом и реализовала его фантазии в личной жизни. «Что вы нашли в этом дряхлом старике?» – спросил ее кто-то. «От него так сладко пахнет деньгами», – ответила Мура с почти ангельской улыбкой.

В 1974 году Мария Игнатьевна умерла. Газета The Times поместила некролог, в котором были такие слова: «Эта фантастическая женщина была уникальна. Почти четыре десятилетия она была в самом центре лондонской интеллектуальной, общественной и художественной жизни».

Будет ли «перезагрузка» между Москвой и Лондоном?

Во время правления лейбористов Великобритания стала, пожалуй, наиболее сложным партнером России в Европе – шпионские скандалы и дипломатические демарши происходили почти ежегодно. Отношения двух стран пошли под откос в 2006 году, когда в Лондоне был отравлен полонием бывший офицер ФСБ и активный критик Кремля Александр Литвиненко. В его смерти британские СМИ обвинили российские спецслужбы, а Москва – беглого олигарха и «великого комбинатора» Бориса Березовского.

Приход к власти коалиции консерваторов и либералов на первый взгляд не сулит России ничего хорошего. Ведь прошлые высказывания ее участников о РФ особым дружелюбием не пропитаны. Так, Дэвид Кэмерон в августе 2008 года обвинял Москву в «непропорциональном применении силы» и ездил в Грузию хлопать по плечу Михаила Саакашвили. «Россия должна заплатить цену. Она хочет уважения и международного признания. Мы должны дать ей понять, что выбранный путь ведет к изоляции», – говорил он тогда.

Впрочем, влиять на внешнюю политику будет и глава британского МИДа, прагматик Уильям Хейг, считающийся «мозгом консерваторов». В начале этого года он побывал в Москве, где встретился с главой МИД РФ Сергеем Лавровым, что эксперты истолковали как шаг к возможному примирению. Скорее всего, новые британские руководители забудут то, что они успели наговорить в адрес России, и постараются улучшить с ней отношения. В конце концов, США проводят политику «перезагрузки», а Германия, Франция и Италия извлекают немалую выгоду из контактов с Москвой. Впрочем, надеяться на очень уж теплые отношения России и туманного Альбиона не приходится.

 

Ваше имя:

Введите код: