Американцы приравняли Виктюка к Ленину

Всемирно известный (без всякого преувеличения!) режиссер Роман Виктюк отметил юбилей творческим вечером в петербургском Мюзик-холле. В свои 75 был он, как заметил кто-то из зрителей, «весь стремление и полет». 

Люди, хорошо знающие Виктюка (хотя мыслимо ли его вообще знать?), говорят: он не персона, которая умеет что-то делать как никто другой, а процесс, который никогда не прекращается. Театровед Анастасия Мурзич в фолианте, посвященном его творчеству «Из точки в вечность», дает очень точную характеристику: «Виктюк – это активная животворящая энергия». 

Только в его спектаклях наравне с актерами всегда одну из главных ролей играет музыка. Не случайно же посещение спектаклей Виктюка сравнивают с походом в Филармонию. 

– Если вынуть музыку из моих более чем 150 спектаклей и слушать ее днем и ночью, в ней буду только я, – иронизирует Роман Григорьевич в свойственной ему манере. – Я буду в нотах – как в шелках. Не надо одежек! Из нот у меня будет костюм, который не придумает ни один самый гениальный модельер мира!

Уже по одному этому фрагменту прямой речи Виктюка даже человек, не знакомый с его творчеством, способен понять: человек он мыслящий… неординарно. И только недостаток газетной площади не позволяет привести хотя бы фрагмент (а он был подготовлен!) из прозвучавшего увлекательнейшего повествования Романа Григорьевича о времени, о театре, о коллегах, о себе. О том, как в непростые послевоенные годы, он, львовский мальчишка, «контрабандно» проникал во все театры, а после во дворе ставил те же пьесы по памяти, в собственных интерпретациях.

Однажды цыганка, взявшись гадать по его руке, сказала маме: «Он будет дирижером!» «Каким дирижером! Ромка ни одной ноты не знает, слуха у него нет! – возмутилась мама. – Если бы вы видели, что он вытворял в своей «Пиковой даме», такого бы не сказали!» Цыганка пристальнее присмотрелась к линии судьбы и повторила: «Он будет дирижером!» Дирижером Рома Виктюк не стал, но и гадалка не обманула. Она, как предполагает Роман Григорьевич, женщина была необразованная и просто не знала слова «режиссер».

Вспоминая маму, Виктюк рассказывал:

– На седьмом месяце беременности она, чтобы напитать будущее дитя музыкой, шла в оперный театр на «Травиату». А потом утверждала, что первой нотой, с которой я появился на свет, была первая нота «Травиаты»! Во всяком случае, мама меня убедила, что мой первый крик был криком радости.

Роман Григорьевич поделился со зрителями выведенной им жизненной формулой:

– Я всегда помню, что впереди и сзади счастье. Я его постоянно жду!

Виктюк более двух часов не сходил со сцены. Помощники уже в открытую одергивали: «Роман Григорьевич!», а он только отнекивался: «Сейчас, сейчас! Я помню!» И тут же предлагал зрителям:

– Ну, дайте последнюю бумажку!

После чего диалог с залом продолжался еще минут сорок. 

В общем, народная артистка России Ирина Соколова в образе Элеоноры Дузе (спектакль Романа Виктюка «Элеонора, последняя ночь в Питтсбурге» по пьесе Гиго де Кьяры) смогла выйти на сцену только на 115-й минуте творческого вечера ее любимого режиссера. 

– Роман Григорьевич, вы – гений! А вы сами это понимаете? – выкрикнул кто-то из зрителей. И он ответил так, как мог ответить только Виктюк:

– Конечно нет! Если бы ребенок это понимал, он бы сразу сошел с ума от глупости своей!

Да! Чуть не забыл! В тот вечер еще прозвучало, что американцы утверждают: Роман Виктюк сделал для мирового театра ничуть не меньше, чем Ленин для мировой революции.  

 

Ваше имя:

Введите код: